– Нет, спасибо, – покосился он на меня. – До города потерплю.

    Я пожала плечами.

    – Ну, как хочешь! Дай тогда мне чего-нибудь. Ваши настойки на этой… как ее… найгопле только настроение мне поднимают.

    Гном хохотнул:

    – Дай мне тоже, так сказать, для настроения.

    Мы с Крендиным выудили из сумки Люминеля склянку с эликсиром и распили его под грустные взгляды глотающего слюну эльфа.

    В каштановую голову гнома пришла умная мысль:

    – Слушай, а может, у тебя и пожрать есть?

    Эльф угрюмо кивнул и покорно достал буханку белого хлеба.

    – Фу, эльфийский! – разочарованно скривился Крендин.

    – Какая разница? – удивилась я.

    Гном хмыкнул:

    – Эльфийский хлеб сдобный, сладкий, с кучей трав. Бр-р-р. В принципе, если больше жрать нечего, то и этот сгодится. А так, в охотку, его есть нельзя, – и, отломив полбулки, в две секунды ее умял, запив остатками зелья.

    – Не нравится – не ешь! – запоздало обиделся Люминель, отщипывая небольшой кусочек от того, что осталось.

    – Поздняк метаться! И моли Всевидящего, чтоб у меня живот не вспучило! – Крендин сыто рыгнув, пояснил: – Смертельно для здоровья!

    Эльф брезгливо покривил губы, но смолчал.

    – Ладно, передохнули и будя! Если здесь ночевать не станем, то часа через четыре уже будем в городе.

    – А чего тормозить? Пошли! – согласилась я, поднимаясь.

    * * *

    Через некоторое время мы вышли к массивным, с огромным кольцом посередине, железным дверям, преграждающим коридор.

    – Ну, хвала Всевидящему, дошли! Радуйся, убогий! – гном от души хлопнул по спине мрачно разглядывающего преграду эльфа и тут же озаботился: – Ничего, не зашиб? Ну, вот и славно!

    Подойдя к двери, он гулко застучал кольцом.

    – Эй, засони, открывайте! Нам в город надо!

    В полутора метрах от пола неожиданно распахнулось незаметное окошко, оттуда высунулась темная, всклоченная борода с вкраплениями седых волос, и недовольный голос рявкнул.

    – Ну и кого бесы тащат? Да еще в канун праздника? Время, знаете, сейчас какое?

    Мы с Крендиным покаянно выдохнули.

    – Тревожное!

    – Тьфу, да я не про это! Ночь на дворе! Рассвет уж скоро, а вы тарабаните! ЧЁ, невмоготу до утра подождать?

    – А мы вам три грабня дадим! Золотых! – заинтересовал его Крендин, позвякивая монетами на ладони.

    В темной бороде блеснул ржавый зуб.

    – Золоты-ых? – радостно протянул стражник и тут же зевнул. – А чё не больше?

    – Так нас трое! – возмутился Крендин. – А налог по одному золотому на брата считают.

    – А-а-а, – разочарованно вспомнили за дверями и тут же, видать, надумав, как содрать больше, голос повеселел: – А за то, что ночью пришли? Надбавить бы надо!

    Гном нахмурился.

    – У меня больше нет!

    – Ну, ежели нет, так и стойте до утра! – окошко захлопнулось.