Как только священники открыли дверь в ее новую камеру, епископ застыл на месте.

Адара не понимала, в чем дело, пока не увидела, как их окружили рыцари.

— Отпустите ее!

Колени ее подогнулись, когда она услышала громоподобный голос Кристиана.

Выглянув из-за спины епископа, она увидела в комнате Кристиана с Фантомом и Йоаном. Никогда еще он не был для нее столь желанным и красивым.

Во взгляде епископа была скрытая угроза.

— Тебе лучше помнить свое место, брат, равно как и то, кому ты служишь.

— А вам лучше поостеречься, ваше преосвященство, — сказал Люциан своим шутовским голосом. — У лорда Кристиана под одеждой огромный меч. Воистину огромный.

Насупив брови, епископ посмотрел на Кристиана:

— Монахам запрещено носить оружие. Тебе это должно быть известно.

— Я не монах, — молвил Кристиан, сделав шаг вперед. — И вы не будете допрашивать мою жену за преступление, которого она не совершала!

Мужчина презрительно скривил губы, словно мысль о том, что какой-то человек будет говорить ему, что делать, была наиотвратительнейшим занятием из всех, что он мог вообразить.

— Церковь на моей стороне! Я действую с ее одобрения.

— А на моей стороне армия, и в случае надобности мы поступим так, как требует от нас христианское милосердие, если вы не примете во внимание мои слова.

Епископ пришел в ужас:

— Ты угрожаешь мне? Кристиан ответил не раздумывая:

— Когда речь идет о ее жизни — да.

— И ты рискнешь своей душой ради нее? Она еретичка и ведьма!

— Она женщина. Моя жена.

Своими словами он добился только того, что епископ разозлился еще больше.

— Я отлучу тебя за это от церкви!

Кристиан стянул монашеское одеяние и скомкал его.

— В таком случае отлучайте сейчас. Если я не прав, защищая невинную женщину, то Бог может судить меня, как Ему угодно.

Вручив одеяние епископу, он протиснулся мимо него и подошел к Адаре.

— Прости, что я не смог прийти раньше, — сказал он ей.

— Я прикажу убить тебя за это! — взвизгнул епископ. Кристиан устремил на него гневный взгляд:

— Тогда я увижусь с вами в аду!

Освободив камеру, мужчины заперли епископа, священников и стражей в каморке. Кристиан и его люди вывели Адару из темницы в наземный коридор, где она смогла увидеть дневной свет.

Адара ожидала, что кто-нибудь остановит их, но они шли так, словно никто из них не испытывал страха. Словно они знали, что никому в Венеции не удастся помешать им уйти.

— Надеюсь, вы готовы ехать, миледи, — серьезно сказал Кристиан. — Боюсь, в Венеции нам оставаться нежелательно.

Это точно. Они слишком многим рисковали, чтобы спасти ее, и за это она всегда будет им благодарна.

— А как же остальные? За это вы все будете отлучены от церкви.

Фантом рассмеялся:

— В моем случае они уже опоздали. Я давно был проклят обеими церквами.

— А что до остальных, — сказал Йоан, — то епископу потребуются сведения о наших именах и национальностях, чтобы предать нас анафеме. Мы просто проследим, чтобы наш обратный путь пролегал в обход этого города.

Из ее груди вырвался нервный смешок — так подействовала на нее его невозмутимость. Мало кто на этом свете отважится рискнуть стольким, чтобы помочь другому человеку.

— Я безмерно благодарна, что вы сделали все это ради меня.

Йоан остановился и посмотрел на нее.

— Теперь ты одна из нас, Адара. Королева, еретичка и прекрасная дама.