— Убираем руку, — сказал я.

Мнимая кожа зашевелилась, покрылась чёрными волдырями, начала капать на ковёр. Я ожидал чего-то кроваво-алого, но не срослось — у Чупакабры было переменчивое чувство прекрасного.

С моих пальцев сочилась нефть.

Или тьма, как вам удобнее воспринимать.

Капли замедлялись в падении, принимали форму мелких шариков, застывали в воздухе, едва не касаясь ворсинок ковра. И постепенно собирались в нечто бесформенное. Не хватает мне ещё роботов из жидкого металла…

Вместо робота передо мной возник фамильяр.

Хомяк воспарил над телом менталиста и провозгласил:

— Поднимите мне веки!

— Рано ещё поднимать, — хмыкнул я. — Выбор дня за мной.

— Только не тяни, — Чу погрозил мне коготком. — А то знаю я вас, смертных.

— Хватит трепаться! — отрезал я. — Надо работать.

— Чё, опять? — возмутился демон.

Я молча указал на распростёртое внизу тело.

— И что ты с ним хочешь сделать? — хомяк на секунду задумался. — Расчленить? Надругаться? Припрятать на случай голодных времён?

— Тьфу на тебя. Допрашивать будем.

— Ага, — обрадовался демон. — Нужны пыточные орудия.

— Нет! Будем в мире духов допрашивать.

Глумливая ухмылка сползла с косматой мордочки.

— Ты серьёзно? Хочешь затащить человека туда?

Я посмотрел на вырубившегося менталиста. Действительно, есть в этом лице что-то прибалтийское. Светловолосый, худощавый. Узкие запястья, белые брови. Не удивлюсь, если передо мной выходец из Литовской ССР. Впрочем, это легко проверить.

Обыскав личные вещи менталиста в шкафу, я раздобыл паспорт. Бумажный, старомодный. С серпом и молотом, как положено. Внимательно, без лишней спешки, изучил документ. На ковре лежал некто Айварас Казлаускас тридцати четырёх лет, уроженец Клайпеды. Холост, детей нет. Прописан в Гродно, БССР. Сведения о родителях и перемещениях по стране меня особо не волновали.

Продолжив поиски, я раздобыл и паспорт телохранителя.

Николай Быков, тридцать девять лет, разведён, детей нет. Родом из Челябинска, прописан в Ленинграде.

Как ни крути, а совершенно разные люди. С разными историями, никак не связанными между собой. Вроде бы случайные соседи по пансионату. Но связь, конечно, была. И разобраться с этим вопросом мне следует до того, как на горизонте объявятся сотрудники КГБ. А ведь объявятся. За мной ведут постоянное наблюдение по камерам через систему распознавания лиц. И прекрасно знают, куда я поехал.

— Да, хочу, — ответил я на вопрос Чупы. — Сделать это нужно оперативно.

— Раскомандовался! — пробурчал фамильяр. — Жду внизу.

Иногда мы так называем подпространство.

«Внизу».

Затащить живого человека в мир духов — задачка непростая. Для этого надо установить ментальное «подключение» и отправиться в совместный трип. Техника для таких случаев предусмотрена, учитель мне её показал много лет назад. Главное, чтобы никто не отвлекал — надо сосредоточиться.

Усевшись в кресло, я закрыл глаза, сконцентрировался и попробовал нащупать слабенький психоэмоциональный фон Казлаускаса. Говорящая фамилия.

Техника требовала повышенных затрат пси.

Нащупать контакт со спящим или пребывающим в коме человеком всегда тяжело. Хотя кома — это совсем другая история. Там душа курсирует меж двух миров, и любое неосторожное действие может стать фатальным.

Ладно, отвлёкся.

Поток есть, но очень слабый.

Задача анимансера состоит в том, чтобы нащупать контактную линию, усилить восприятие, прочно связать себя с реципиентом и удерживать эту цепочку на протяжении всего погружения.