Пока разворачивалась эта клоунада, я наблюдал за горящими телами наших товарищей. На периферии поляны образовался портал, из которого вышли люди в белых защитных комбинезонах, погрузили останки студентов на носилки и унесли в портал. Выглядело всё буднично, словно ассистенты каждый день занимались подобными вещами.

Маршрутизатор шагнул к Алайской и отвесил ей звонкую пощёчину. Блондинка от неожиданности умолкла.

— Благодарю за внимание, — произнёс Пак. Его голос был ровным, холодным. — Если вы, Екатерина, имеете что-то против наших испытаний, то всегда можете покинуть игру. Никто вас не заставляет учиться в академии.

Катя потрясённо смотрела на маршрутизатора.

— Это касается всех! — повысил голос Борис Антонович. — Хотите остановиться сейчас — нет ничего проще. Изъявите желание, и вас отчислят.

Выжившие начали переглядываться.

Я считывал эмоции своих однокурсников. Мясниковы испытывали ярость и хотели поквитаться с обидчиками. Булкин испугался, но на первый план вышло любопытство. Грекова хотела пробиться на самый верх и ради этого была готова рискнуть чем угодно. Алайская успокоилась, но в её голове творился полный хаос. Шок, неприятие действительности, обида, желание заслужить отцовское уважение… Постепенно на первый план выходило стремление доказать всем, что она — лучшая.

Кира Шувалова оказалась наиболее занимательным персонажем. Неспящая вообще не колебалась, не боялась, а просто собирала факты, анализировала, просчитывала оптимальную стратегию. И в этой стратегии отводилось некое место… мне. Я ощущал возрастающий интерес ботанички.

Никто не захотел дать заднюю.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Пак. — Перед тем, как вы снимите браслеты, я озвучу одно правило. Никто не смеет применять Дар против других участников программы. Узнаю, что вы это сделали — вылетите из академии. Всем ясно?

Почему-то маршрутизатор смотрел на меня и сладкую парочку анималистов.

Интересно, как он ограничит применение Дара Шуваловой? Если неспящая будет использовать свой интеллект против анималистов… это же недоказуемо.

— А драки, значит, у вас разрешены, — хмыкнула Грекова.

— Есть стандартные нормы поведения в общежитиях, учебных корпусах и на полигонах, — ответил Борис Антонович. — Рекомендую ознакомиться, они сброшены вам на планшеты. Разрешаю снять браслеты.

Раздалось семь щелчков, и подавители разомкнулись, освобождая наши запястья. Один из ассистентов прошёлся среди нас, собирая артефакты и укладывая в небольшой кейс.

Снятие блокады я ощутил моментально.

Эмоции окружающих стали более яркими, насыщенными.

Денис Мясников поднял вверх руку, широко расставил пальцы и отрастил на одном из них коготь. Большой медвежий коготь, минимум пять сантиметров в длину. Позёр! Только что ведь сказали, что применять Дары против друг друга нельзя. И потом, я могу заставить его этим самым когтем себе же по горлу полоснуть.

Подмигнув мне, десантник вернул своей руке нормальный вид.

Пак словно и не заметил происходящего.

— Следуйте за мной, — произнёс он.

Глава 14

Я ждал, что нас поведут на какой-нибудь полигон или в студенческий кампус, но маршрутизатор в очередной раз удивил. Среди деревьев мягко светился портал, к которому и направился Борис Антонович.

— Это ещё что? — насторожился Денис Мясников.

Похоже, анималист никому здесь не доверял.

— Сейчас узнаешь, — бросил через плечо Пак.