– Точно, – кивнул Эйкен. – У нас есть ионный экстрактор, с его помощью мы надеемся решить проблему очистки.

– Вполне вероятно. – Тони щелкнул пальцами. – Но это ваши проблемы, а не мои.

Кугал Сотрясатель мысленно пихнул его, и инженер повалился на колени.

– Не забывай, с кем говоришь, низкорожденный. Твоя жизнь висит на волоске, а ты дерзишь!

Тони засмеялся. По собственному опыту, еще со времен Финии, он знал, что золотое ожерелье и присущая ему ментальная тупость надежно защитят его от самых изощренных метапсихических приемов воздействия. Сломать его можно, заставить нельзя.

– Ну так прибейте меня, – глумливо засмеялся он. – Я вам буду только благодарен, если вы превратите меня в бесчувственное животное.

Эйкен понимающе кивнул.

– Это было всего лишь дружеское напоминание, чтобы заставить вас отвлечься от профессиональных забот, Тони.

– Вы чертовски проницательны. Ваше Величество. Я, конечно, сплю и вижу, как бы поскорее заняться плавкой металла.

– Надеюсь, мы станем друзьями, – словно и не заметив иронии, доброжелательно сказал король. – Мне было бы крайне неприятно узнать, что лорд Кугал поменял ваше золотое ожерелье на серебряное, а то и на серый ошейник. Ладно, хватит словесных баталий, взаимных упреков… Дайте слово чести, что будете работать по доброй воле… Боюсь, что все то время, которое потребуется потратить на исследования, вам придется провести под домашним арестом. Это только для вашей же безопасности. У вас будет определенная свобода передвижения. Как только проект будет завершен, вы получите право требовать любую награду, какую пожелаете.

– Единственное, о чем я мечтаю, – сказал Тони, – это отправиться домой в Нионель и встретиться с женой.

Король потянулся в кресле, поднялся, расправил плечи.

– Как только мы получим необходимое количество способной изгибаться проволоки из этих чертовых редкоземельных элементов, вы тут же будете отправлены в Нионель, где сможете взглянуть в глаза своей любимой женушке.

– В глаз, – поправил Тони короля. – У нее всего… Ну ладно. Даю слово, что я еще могу сказать!

– Думаю, в глаза, – задумчиво ответил Эйкен. – Это вам за вашу строптивость… Ну, ладно… Сегодня же вечером отошли его с конвоем в Ронию, – приказал он Кугалу, и его изображение тут же растаяло в воздухе.

Кугал потянул Тони к лестнице.

– Кандалы мы пока не снимем. Ради вашей безопасности. Они не очень-то обременительны. В свое время мне тоже довелось их поносить.

– Ну и как? – вяло спросил Тони.

Оковы охватывали его запястья и тонкими звенящими цепочками тянулись к золотому ожерелью. Стеклянные цепи были скорее символом, чем наказанием, тем не менее положение оставалось унизительным. Тони подумал об этом, когда они спустились в нижние покои дворца. Потом Кугал вывел его во двор, где уже ждали халики, которые должны были доставить их на пристань Ронии.

– В любом случае я теперь освободился от этих головорезов, которые захватили меня в болотах, – сказал Вейланд, когда они взгромоздились в седла. – Надеюсь, им теперь известна воля короля? От них всего можно ожидать.

– Эйкен-Луганн без всяких возражений принял их требования. Правда, единственное серьезное условие – позволить им пройти через «врата времени», а также взять своих друзей.