Он: «Даже в любви, где я верил ей безраздельно, она предала меня. Совершив покушение на „ментального человека“, Синдия дерзнула заявить, что сделала это из любви ко мне, ко всем людям. Он уже тогда был погублен во мне, только дети могли помочь возродить его к жизни».

Они не поняли друг друга.

Медор все понимал – Минанан, перебравший почти всю цепь, был готов к решительному рывку. В эту секунду его зычный бас прогремел открыто и в телепатическом эфире:

– Сдавайся, Медор Воитель! Сдавайся или ты напорешься на раскаленный кровавый металл. Не ввергай в горе «маленький народ», лишая их великого воина. Обретем мир в лице Великой Богини!..

Медор выпустил из рук последнее звено цепи.

Пламя тут же угасло. Минанан стоял посреди пепелища, держа над головой почерневшую, словно бы обуглившуюся цепь. Зрители тану принялись скандировать его имя, возгласы «Сланшл! Сланшл!» – покатились по Золотому полю.

Двое в королевской ложе были так же далеки от происходящего.

Она: «Твое видение мира сродни тому, каким сатана зрит окружающее. Это не просто мое мнение или мнение брата Анатолия. Это мнение всех тех миллионов сознаний, которые слились в Галактическом Разуме. Этот приговор прошел проверку временем. Если ты до сих пор считаешь, что ты прав, а Синдия ошиблась, значит, оценка монаха верна – ты самонадеян и непробиваемо невежествен, духовно слеп и даже хуже, хуже, хуже…»

Он: «Как насчет тебя? Что у тебя за душой, кроме патетики? Ты любым способом уклоняешься от ответственности, отказываешься от обязательств. По малодушию? Или из великой гордыни? Она, видите ли, погрузилась в совершенное отчаяние, которое есть не более чем нытье и обывательское хныканье. Ты осуждаешь меня за слепоту и самонадеянность, в то время как сама… Когда ты говоришь, что неспособна полюбить, ты лжешь, лжешь, лжешь…»

Она: «Что подобное тебе бессердечное чудовище может знать о любви?»

Он: «Позволь мне взглянуть в твое сознание. Тогда я буду уверен, что ты меня не любишь».

Она: «Никогда! Ни под каким видом!..»

Он: «В таком случае нам ничего не остается, как восстановить духовное здоровье пришельцев с Дуат».

Они оба согласились с этим.

– Ну что, Медор? – прорычал Шарн.

Помощники полководца фирвулагов, тренеры, прихлебатели гурьбой посыпались из раздевалки, как только услышали голос короля. Никому не хотелось испытать на своей шкуре гнев Повелителя Глубин и Небес! Однако когда Шарн и Медор остались в комнате одни, король скинул свое облачение и деловито принялся распылять из баллончика, доставленного из будущего, целебное средство. Он не спеша обработал аэрозолем волдыри и ссадины, выступившие на теле богатыря.

– Я сделал все, что мог, – развел руками Медор. – Что тут говорить… Когда я услышал, как Геймдол объявил, что вместо Кугала моим соперником будет Еретик, мне сразу стало ясно, что песенка спета. Кто способен с ним справиться? Даже Пейлол Одноглазый по сравнению с ним слабак. – Он помолчал, потом дипломатично добавил: – Конечно, кроме вас, мой король.

Шарн выругался, не разжимая зубов.

– Мы пока не открыли свои карты. Я подал протест на решение жюри, однако, согласно правилам, никто не может запретить членам Партии мира участие в играх. Считается, что это не более чем спортивные состязания, а не ритуальная война. Появление Мини – это политический ход. Если Эйкен включил его в состав команды тану, значит, он хочет показать, что приверженцы мира на его стороне.

– Выходит, Минанан примет участие и в перетягивании змеи? Сегодня в полдень?

– Боюсь, что это неизбежно.