Конвоиры в лифт не вошли — судя по всему, Кима теперь опекали только эти типы. От попытки бежать Ким сразу отказался, сопровождавшие его ребята производили впечатление на редкость серьезных людей.

Как и ожидал Ким, его вывели на посадочную площадку. Окинув ее взглядом, он сразу выделил глайдер его новых провожатых — широкий и приземистый, выкрашенный в защитный цвет. Десантная модель, такие. обычно используются на военных кораблях. Похоже, его везут все-таки не к дознавателям.

Пилот уже ждал в кабине, при их приближении тяжелая бронированная дверь плавно ушла вверх.

— Лезь… — получив толчок в затылок, Ким торопливо нырнул в машину. Два боевика вошли следом и расположились слева и справа от него. Начальник сел рядом с пилотом. Не мешкая, тот сразу поднял глайдер в воздух, это получилось у него довольно лихо.

Не иначе, в его судьбе наметился какой-то поворот. Вроде бы следовало петь от счастья — сейчас бы он уже был мертв, — но особой радости Ким почему-то не ощущал. Более того, Кима страшила неизвестность, и то, как обращались с ним эти люди, наводило на грустные размышления. Он еще может пожалеть о том, что не умер.

Они летели больше двух часов. Ким не мог понять, куда они летят, пока не увидел большой город с протянувшейся к небесам ажурной башней. Это был Париж, а башня была увеличенной копией знаменитой некогда Эйфелевой, погибшей от взрыва заложенной террористами бомбы.

Глайдер пошел на снижение, демонстративно нарушая множество правил. Несомненно, пилот был очень опытным, но подобное лихачество Киму всегда претило. К тому же нарушать правила не было никакой необходимости.

Окончательная цель их путешествия определилась в тот момент, когда глайдер подлетел к находившемуся на окраине Парижа ремонтному заводу, здесь обычно латали армейские корабли. Ким увидел огромный военный крейсер, спустя десяток секунд пилот лихо загнал глайдер в открытые створки грузового ангара.

Глянув в окно, Ким различил грубые стальные конструкции, затем ощутил мягкий толчок — пилот посадил машину. Дверь открылась, сидевший справа от Кима боец толчком в бок дал понять, что пора выходить.

Ким выбрался из машины, огляделся. Рядом стояло еще несколько десантных глайдеров, один из них как раз ремонтировался — из-под брюха машины торчали ноги в грубых десантных башмаках, слышалось шипение, по металлическому настилу прыгали искры. «Не иначе, заваривают пробоину», — подумал Ким, однако толчок в спину прервал его размышления;

— Шагай за ним…

Протестовать не приходилось, Ким послушно пошел за идущим впереди боевиком. Второй шел сзади, Ким слышал грохот его подкованных башмаков. Что касается шефа, то его Ким сразу потерял из виду — кажется, он свернул в какой-то боковой коридор.

Дорога оказалась не слишком длинной, но познавательной, раньше Киму не доводилось бывать в подобных местах. В сопровождении опекавших его бойцов Ким спустился по узкому металлическому трапу на нижний уровень, миновал мощную бронированную дверь, охраняемую свирепого вида воякой в камуфляжной форме. Еще одна дверь, на этот раз решетчатая, Ким различил за ней бритого наголо темнокожего солдата.

— Стой…

Ким послушно остановился, затем почувствовал, как с него сняли наручники. С нескрываемым облегчением он растер запястья, на них остался четко различимый зубчатый след.

— Заходи, — шедший первым боец взглянул на Кима, тот послушно переступил через железный порог. — Мачо, определи его.

— Обязательно… — темнокожий ухмыльнулся, похлопал Кима по плечу. — Пошли, тебе у нас понравится…

— Я надеюсь… — пробормотал Ким, решетка за его спиной захлопнулась.