— Сколько времени? — вслух спросил он. — Наверное, уже хора квинта, пятый час, не меньше.

— Какая разница? — рыкнул Калатин. — Я только знаю, что умираю от жажды и голода.

— Вот, — заявил Квинт, давая ему кожаный мех с водой.

Благодарно ухмыльнувшись, Калатин сделал несколько хороших глотков.

— Боги, какая холодная, — тут же посетовал он.

— Будь доволен, что ты не легионер, — парировал его Квинт и показал на Требию, где тысячи воинов готовились переправляться следом за кавалерией.

Калатин скривился.

— Ага. Тут вброд переправляться даже верхом противно. Бедняги пехотинцы, жаль их. Им придется погрузиться по грудь в воду.

— Это все зимние дожди, — ответил Квинт. — Даже в притоках воды по пояс. Беднягам придется окунуться, и не раз. Подумать страшно.

— Скоро смогут согреться в бою, — резко сказал Цинций.

Квинт и его товарищи были одними из первых, кто выехал из-за деревьев на открытое место. И тут же дернули поводья, выругавшись. Погоня окончилась.

В четверти мили впереди, в обе стороны, насколько хватало взгляда, расположились тысячи воинов. Пеших.

— Стоять! — заорал Фабриций. — Это главный передовой отряд. Нет смысла в самоубийственной атаке.

Лишенные шанса продолжить преследование нумидийцев, его кавалеристы принялись выкрикивать оскорбления отступающим вражеским всадникам.

Спустя мгновение Фабриций заметил Квинта. Улыбнулся, увидев, что сын невредим.

— Хорошенькое утро пока что, а?

— Да, отец, — ухмыляясь, согласился Квинт. — Мы заставили их бежать!

— Гм, — невнятно буркнул Фабриций, глядя на коричнево-желтые тучи над головой, и нахмурился. — Снова снег пойдет, а нам придется долго ждать, прежде чем начнется настоящий бой. Пройдут часы, пока легионеры и соции выйдут на позиции. К тому времени мы окоченеем от холода.

— У некоторых даже плащей нет, — оглядевшись, сообщил Квинт.

— Слишком рвались в бой, — мрачно отметил Фабриций. — А какова вероятность того, что они не накормили и напоили лошадей?

Квинт покраснел. Он и сам забыл об этом, хотя это и было основой службы.

— Что же тогда делать?

— Видишь деревья?

Квинт оглядел густую буковую рощу невдалеке слева от них.

— Да.

— Укроемся там. Лонгу это не понравится, но его здесь нет. Мы будем в состоянии быстро вступить в бой, если легионерам что-то будет угрожать. Хотя вряд ли. Ганнибал намеренно выставил передовой отряд. Сегодня он хочет устроить настоящую битву, по всем правилам, — заявил Фабриций. — Пока не начнется бой и пока это не противоречит приказам, попытаемся согреться.

Квинт с благодарностью кивнул. Вести войну значит не просто побеждать в схватке врагов. Разумная инициатива при подготовке сражения — залог победы.

Миновало два часа, и Ганнона уже не переставая била дрожь. Его воины были в таком же состоянии. Совершенная пытка стоять на открытой равнине в такую погоду. Хотя снег перестал, через некоторое время посыпалась ледяная крупа, а ветер ударил с новой силой. Он свистел, хлеща по римлянам и карфагенянам с неослабевающей яростью. Единственной возможностью согреться оказался полученный приказ отойти ближе к лагерю.