|
Салид пожал плечами: — Должно быть, они пришли в себя, — сказал Салид. — Я только не понимаю, почему они не попытались снова напасть на нас. — А… а мертвец? — спросил Бреннер. Салид снова пожал плечами. — Вероятно, они унесли его с собой. Возможно также, он был всего лишь ранен. Я стрелял в него, но мог просто ранить. — Мне это кажется маловероятным, — сказал Бреннер и показал рукой на ту комнату, которую Салид осматривал последней. — Что с человеком, который там находится? Салид нахмурился. — Там никого нет. Бреннера охватило странное чувство. Это не был страх, это было нечто худшее — чувство нереальности всего происходящего, которое давно дремало в его душе. Бреннер ясно видел, как человек, стрелявший в него из автомата, шатаясь отступил назад в ту комнату и рухнул там на пол. Он промолчал. Салид несколько секунд задумчиво разглядывал пол, а затем, повернувшись к Бреннеру и Йоханнесу, вытащил пистолет из-за пояса. — Умеете обращаться с этим? — спросил он. Бреннер взглянул на оружие с таким видом, как будто Салид протягивал ему ядовитую змею. — Я никогда не держал оружия в руках, — сказал он. — Я не рассчитываю на то, что вы сможете с помощью этой штуковины расчистить себе путь, — серьезным тоном заметил Салид. — Иногда достаточно одного выстрела в воздух. Салид решительно протянул ему оружие, но Бреннер отступил на шаг и покачал головой. — Не могу, — сказал он. — Нет! Ни за что! Салида на мгновение охватил гнев, но он сдержался и, закусив губу, убрал пистолет, снова засунув его за пояс. Затем он нерешительно оглянулся по сторонам, и Бреннер снова подумал о том, что Салид, должно быть, просто не знает, как поступить в этой ситуации. Бреннер был теперь почти уверен в том, что сильной стороной Салила был экспромт — инстинктивная реакция на любую предложенную ситуацию, в результате которой он всегда поступал правильно, выбирая единственно верный путь. Единственным способом поймать знаменитого террориста был как раз этот: заставить его маяться в нерешительности, не предлагая ему никакой ситуации, требующей ответного действия. Бреннер нерешительно двинулся к двери. Он боялся переступить порог, хотя знал, что ничего особенного там не увидит. Но именно это и пугало его больше всего. Он знал о схватках преступников с правоохранительными органами только из детективных романов и американских боевиков, но даже он понимал, что оглушенные люди, лежавшие в коридоре, придя в себя, вряд ли упустили бы возможность неожиданно напасть на них. Но если они все же не стали этого делать, то, по-видимому, имели на то веские основания. Какие? Подойдя к Салиду, Бреннер уперся ладонью в дверной косяк. И чуть не упал плашмя в коридор. Дерево под его рукой подалось и рассыпалось в труху. На пол вместе с пылью и щепками упала часть доски и тоже рассыпалась в труху. Бреннер потерял точку опоры и начал падать вперед, но Салид среагировал молниеносно, подхватив его на лету. При этом он задел плечом второй косяк, и тот тоже рассыпался в крошево. — Не спешите так покинуть эту комнату, — шутливо заметил Салид. — Рано или поздно мы сделаем это вместе. Бреннер поблагодарил Салила за помощь кивком головы и, вновь обретя равновесие, недоумевающе взглянул на косяк Дом был старым и находился в запущенном состоянии, но ведь он едва дотронулся… Бреннер осторожно ощупал пальцами трухлявый косяк. Ощущение было не из приятных — дерево казалось необычайно мягким, влажным и липким, нечто вроде кашицы. Косяк мог рухнуть от собственной тяжести. На мгновение ему показалось, что под его пальцами шевелится что-то живое Но внимательно вглядевшись, он ничего не заметил. |
