— Прежде всего, расскажите, когда и с чего всё начиналось тогда в Славянске?

— Первая попытка перейти границу была 11 апреля. Но мы не смогли нормально снарядиться, подготовиться… Задержка на одни сутки дала возможность экипироваться — мы получили ту форму, которую должны были получить ещё в Крыму.

Рано утром 12 апреля ещё затемно мы погрузились в машины и часов в 8 утра были в Славянске. Нас было 52 человека плюс двое местных, сопровождающих.

— Павел Губарев в своей книге «Факел Новороссии» пишет, что сначала вместо Славянска вами планировался Шахтёрск, который находится ближе к границе с Россией…

— Да, но потом мы решили, что Шахтёрск — слишком маленький город. Славянск же, хотя и расположен дальше от границы, в глубине территории, всё же город со 150-тысячным населением…

Сразу после занятия Славянска была направлена группа на Краматорск, поскольку они представляют почти одну агломерацию. Тем более что там находился военный аэродром и небольшой, но всё-таки гарнизон. Поэтому Краматорск надо было блокировать. Туда сразу отправилась группа казаков. Из состава нашего отряда я отправил туда 20 человек, плюс к ним присоединилось несколько местных.

У нас были очень большие проблемы с оружием. Если бы вовремя поступило оружие или мы добыли бы его каким-то способом, всё бы пошло совсем иначе. Тогда бы мы каждый день занимали по городу и смогли бы взять под контроль всю республику буквально в течение недели.

— А почему были проблемы с оружием?

— А откуда его было взять? 150 единиц мы захватили в ГУВД Славянска. Но уже на следующий день в Краматорске, в местном отделении милиции не было ничего. То есть оттуда всё успели вывезти — там нашли только несколько учебных, распиленных автоматов и пистолетов. Склады в Соледаре, рядом с Артёмовском, надёжно охранялись. Я прекрасно знал, что там есть оружие — более того, у меня был полный список того, что там находится: 20 тысяч пулемётов «Максим», полтора миллиона автоматов, масса ППШ, сто горно-зенитных установок калибра 14,5 мм… Но взять то, что находилось в обороняемой, инженерно оборудованной шахте мы даже теоретически не могли. У нас не было необходимых для штурма средств.

Ведь мы зашли в Славянск только с лёгким стрелковым оружием, у нас не было даже ни одного гранатомёта. Первые одноразовые гранатомёты, ПТУРы и пусковые для «Игл» мы взяли в Краматорске, когда разоружили подразделение 25-й бригады десантников. У нас даже не было ни одной ручной гранаты. Любой БТР в первые дни войны представлял для нас «непобедимую силу». Если бы противник в тот момент начал серьёзный штурм с применением бронетехники, нам пришлось бы отбиваться бутылками с зажигательной смесью. Которые мы тогда в Славянске, кстати, массово готовили. Были пистолеты ПМ и автоматы Калашникова 5,45. Всё! Другого оружия у нас не было.

— Но ведь вы заранее как-то планировали решить эту проблему? Отбить оружие, например…

— Да, после захвата Славянска мы планировали так же захватывать оружие и в других городах. Но надо отдать должное противнику — там сидели не совсем дураки. Там просто изменники своего народа, но дураками их не назовёшь: поступил приказ немедленно вывезти оружие из всех городов, которые могли подвергнуться захвату. В результате все следующие оружейки, которые мы захватывали, оказывались пустыми. На тот момент штурмовать воинские части тоже было нельзя, поскольку мы рассчитывали на крымский вариант.

Можно было в том же Артёмовске взять штурмом базу, где хранилось очень много боевой техники.