|
Мастера благородных офисных ремесел, которые с трудом тянут лямку кредитов, а также маргинализованные люмпены окраинных киевских районов одинаково пытаются самоутвердиться за счет показного презрения в адрес «донецких» — хотя сами являются жителями нищей, периферийной страны, которая чаще всего ассоциируется за рубежом с гастарбайтерами и проститутками (неважно, из какого региона страны они выехали в заграничные наймы). Забавно, но это отношение к «донецким» по существу копирует отношение «центровых» киевских буржуа к жителям «неблагополучных» кварталов Троещины или Борщаговки — где, по иронии судьбы, обитает немало болельщиков киевского «Динамо». И в свое время автору этой статьи даже пришлось писать колонку против «троещинофобии» — которая во многом повторяет выводы этого текста.
Термин «расизм» во всех смыслах подходит к определению данного стереотипа — ведь это понятие отнюдь не ограничивается предрассудками в адрес людей с другим цветом кожи. К примеру, представители угнетенного англосаксонского пролетариата Британской Империи (а позднее — Североамериканских Соединенных Штатов) вовсю третировали ирландцев, стоявших еще ниже в социальной табели современного им общества — высмеивая их «культурную отсталость» и «дикость». История ненависти знает немало подобных примеров. И достаточно углубиться в интернет-писанину доморощенных патриотов, которые вдумчиво пишут о «межнациональной мешанине жителей Донбасса», оторванного от «исконных исторических и культурных корней украинского народа», чтобы понять — слово «расизм» как нельзя лучше характеризует глубинные корни донбассофобии. Донбассофобия — впервые ярко и открыто проявившаяся в 2004 году — к моменту описываемых событий дошла до того, что простому украинцу, окормляющемуся украинским «телебаченьем» надо было объяснять, что в Донецке тоже живут люди. Понятно, что Донецк видел, как к нему относятся «на большой земле» — и видимо это тоже сыграло свою роль в произошедших событиях… – Типичными старыми имперскими городами были и другие города, затронутые сопротивлением. Харьков — один из важнейших городов еще Российской Империи, гигантский промышленный центр, город, где родился танк Т34, где работали люди, еще в 1940 году описавшие атомный реактор и атомную бомбу (это правда). Луганск — тоже угольный город, город, где находился один из старейших и крупнейших патронных заводов Империи. Одесса — уникальный по своей истории город, порто-франко Империи, город с собственным языком и архитектурой, город мирового значения, сопоставимый с такими городами как Монако, Ницца, Гонконг, Макао. Выделялись Николаев и Днепропетровск — и там и там основная их история писалась не в российские, а в советские времена. Возможно, кстати, поэтому сопротивление там даже не попыталось… впрочем, это мои домыслы и не более того. Итак… Практически все время, пока в Киеве проходил Евромайдан (он же революция гiдности) — на Юго-Востоке страны было спокойно. Прошли относительно небольшие митинги «за Майдан» и «против Майдана» — но именно что небольшие. Все те, кому не сиделось на месте — ехали выразить свое мнение в столицу, где присоединялись либо к Мариинскому парку либо к Майдану. 20 февраля 2014 года начали сбываться самые худшие опасения. В Киеве пролилась кровь, пролилась массово — и на Донбассе до людей стало доходить, что может быть месть и месть может быть направлена против них как против самого удобного объекта для мести. В третью декаду февраля — из страны позорно бежал ее законно избранный президент, разбежалась Партия регионов. Янукович не сделал попытки нормально обратиться к избирателям, к армии, найти какую-то поддержку, не прибыл на съезд в Харькове. |
