— Тебе не приходило в голову кому-нибудь рассказать эту историю?

— Из газет я узнала, что были профессиональные врачи и адвокаты, которые помогали Внутреннему кругу получать детей, отданных для усыновления. Брошенных младенцев. Я не верила правительственным чиновникам. Не знала, что они могут со мной сделать. Кроме того, я жила сама по себе. Не хотела, чтобы они подумали, будто я нуждаюсь в помощи.

— Вполне справедливо. — Ни слова осуждения. Кажется, он понял ее трудности. — Венди, ты рассказывала это моему деду?

— Да. Но не слишком подробно. Мне не хотелось затрагивать эту тему. Все началось тогда, когда он захотел открыть банковский счет на мое имя. Я сказала, что у меня никогда не было счета, что я работала за наличные и большинство этих денег уходило на жизнь. — Она пожала плечами. — Это чистая правда. Не существовало другого способа избежать канцелярских крыс, на вопросы которых я не могла ответить.

— Он не ругал тебя за отсутствие документов?

— С какой стати? Благодаря мистеру Уильямсу, в банке мне всякий раз выдавали сумму, если у меня возникала в том потребность. А вопрос о паспорте никогда не вставал.

— Понимаю, — пробормотал Нор, а затем поднял изумленные глаза. — И когда ты рассказала ему то, что только что рассказала мне?

Венди ненадолго задумалась.

— Он говорил о семейных связях. Хотел знать… мое происхождение. Кажется, это было месяца за два до его смерти.

Нор испустил вздох, в котором слышались и облегчение, и удовлетворение.

— Спасибо за то, что поделилась со мной. Это многое объясняет.

Венди не стала спрашивать, что именно. Если сейчас он увидел ее в ином свете, то не показывал виду. Его лицо оставалось бесстрастным.

— Венди, так ты отправишься со мной в Европу? — спросил он.

— Я же говорила…

— Ты получишь паспорт. И все удостоверения личности, которые тебе понадобятся. Независимо от того, полетишь ты со мной или нет.

— Но как?

— Поверь, для этого у меня найдутся и власть, и деньги.

Она видела решительное лицо Нора и ощущала, что что-то твердое и холодное внутри нее начинает согреваться и таять.

— Вы сделаете это? — еле слышно прошептала она.

— Да. И начну немедленно.

Решительный, уверенный, бесстрашный. Венди остро вспомнила свое первое впечатление: жизненная сила и напор, поток положительной энергии, скрытая властность, говорившие, что для этого человека не существует преград. Охотник, всегда достигающий своей цели, какой бы трудной ни была дорога.

Достойная пара… мужчина, боровшийся за нее…

Венди вновь ощутила множество желаний и почувствовала, что перед ней открываются заманчивые перспективы. Надежда дразнила ее, искушала и уничтожала сомнения. Нор ждал ее ответа. Не принуждал. Не уговаривал. Ждал, пока она сделает свободный выбор. Гулко застучавшее сердце продиктовало ответ: дать шанс.

— Да, отправлюсь, — хрипло сказала Венди. — Отправлюсь с вами в Европу. — Она неуверенно улыбнулась. — В качестве няни.

14

— Просто замечательно! — пробормотала миссис Севенсон, еще раз обводя глазами Розовые покои. — Ничего не забыли?

— Все соответствует перечню, — заверила ее Венди, у которой кружилась голова от счастья.