- Магия делает людей неравными? - будто во сне повторила дочь герцога Раймонда Айтверна, отвечая на слова своего наставника. - А разве среди людей вообще есть равенство? Ну вот… Давайте, скажем… Давайте рассмотрим простейший пример, - наконец решилась она. - Наше королевство. Ну… Или вообще любое королевство. Им правят знатные вельможи, а слово простого народа не значит ничего. Но кто дал право нам, лордам, решать за всех остальных? Какой-нибудь герцог… Или граф… Или барон… Откуда взялась их власть? Лишь оттого, что они рождаются сыновьями другого герцога или барона… Ну разве это не случайность? Разве одно неравенство отличается от другого?

Артур с досады тихонько постучал кулаком по стене. В последний год подобные идеи прочно завладели прелестной головкой его сестры, и та старалась свести к ним любой разговор. У самого юноши от них сводило скулы и начиналась зубная боль. Он не имел привычки тратить время на высокие размышлениях о высоких предметах. Пить, гулять, веселиться, драться, ездить на коне, играть, петь, любить - сколько угодно, ради таких вещей и пристало жить на свете, тем более если вы молоды, удачливы и полны сил. Но ломать голову над сложными и никому не нужными проблемами? Благодарю покорно, увольте.

- Вы ошибаетесь, моя госпожа, - в голосе лектора меж тем послышалась улыбка. - Книга Книг учит, что Господь сотворил всех людей равными промеж собой, из крови своей, но полученным равноправием они распоряжались уже сами. Кто-то пахал, кто-то сеял, кто-то впустую прожигал свои дни - а кто-то взял в руки оружие и стал защищать других от диких зверей и отвратительных тварей. Неудивительно, что именно последние и приняли ответственность за род человеческий, положив начало дворянскому сословию. И нынешнее положение - естественное следствие того, давнего разделения. Мы, живущие сейчас, неотделимы от выбора, сделанного далекими предками, ибо они живут и в нас, и каждое принятое ими решение есть также и наше решение. О нет, родиться наследником графа ли, кровельщика ли - вовсе не случайность. Ибо каждый из нас в известном смысле и есть тот граф или тот кровельщик, что положил начало нашему роду. Это очевидно. Взгляните, к примеру, на своего отца, лорда Раймонда, и сравните его… скажем с его прадедом, Золотым Герцогом Радлером. На фамильных портретах они неотличимы друг от друга, а любое деяние лорда Радлера, описанное в хрониках, вполне могло быть совершено вашим отцом. Тоже самое можно сказать и о ком угодно еще. Разве Мартин Лайдерс не есть точная копия своего далекого предка, воспетого в песнях? Того, что был верен рыцарской чести настолько, что она привела его к безумию и смерти?

- Лайдерсы ненавидят нас, - задумчиво сказала Лаэнэ. - Так говорят все. Ненавидят, всегда в спину, и никогда - в лицо. Они так и не простили нам смерти лорда Камблера… На Зимнем Балу я встретила герцога Лайдерса… он раскланялся со мной и немного поговорил, очень учтиво… Но я видела его глаза. Такие холодные… Господин наставник, они наши враги и всегда ими останутся.

Артур спрыгнул на пол и подошел к двери:

- Пустое, сестренка. Ты наслушалась сплетен.

Лаэнэ Айтверн, сидевшая на скамье перед столом наставника, спиной к коридору, резко развернулась и вскочила на ноги.