- В самом деле? - весело переспросил Малер. - И что говорит лорд? Хотя какой он лорд… Папенькин сынок.

Артур стоял ни жив, ни мертв, только сейчас сообразив, на кого же он на самом деле нарвался этой ночью во дворце. По всему выходило, что его друзья - мятежники. Но это невозможно! Они же знают друг друга… столько лет… Он крепче сжал рукоять меча. Ударить Александра? Только это и остается, и хоть бы удалось свалить его с первого удара, но надежды мало. А потом останутся еще двое врагов… да, именно что врагов, и эти двое - куда лучшие фехтовальщики, нежели те, кто пытался похитить Лаэнэ.

- Этот… папенькин сынок сказал очень много интересных вещей, - вымолвил Александр Гальс. - Руперт, Элберт… что вы знаете о судьбе некой Лаэнэ Айтверн?

- Этой девки? - спросил Элберт. - Она здесь при чем?

- Возможно, не при чем, а возможно, при многом. Мне открылись некоторые… любопытные детали, прежде сокрытые мраком. Элберт, ваш достопочтенный отец порой бывает с вами откровенен. Он случайно ничего не упоминал о похищении дочери маршала Айтверна?

- Проклятье… Какой дурень тебе проболтался? Или… - Но тут Элберт осекся, запоздало сообразив сообразив, что раскрыл себя.

Александр выхватил меч:

- Артур! Прикрой бок! Я на твоей стороне!

И, не дожидаясь ответа от ошарашенного юноши, бросился вперед, пробуя достать Малера в выпаде. Элберт ловко отступил, слишком ловко для крепко выпившего не так давно человека, и обнажил свой клинок. Загремела сталь.

- Ты, верно, обезумел, дружище! - крикнул Малер. - Чего на тебя нашло?

- Это вы обезумели, - огрызнулся Гальс, проделав финт. По клинку скользнул лунный свет. Элберт парировал, пусть и не из самой удачной позиции, очень быстро крутанулся и атаковал. Отличный проникающий удар, в иной ситуации Айтверн бы зааплодировал, но сейчас он превратился в неподвижную статую и совсем перестал что-либо соображать. Гальс элегантно уклонился в сторону, взметнулся его черный плащ, и долю секунды спустя Александр сам сделал выпад. Элберт Малер с коротким ругательством отразил обрушившийся на него удар - раздался звон, совсем, как когда разбивается бокал.

Барон Вейнард обогнул сражающихся и двинулся к Артуру, Руперт держал меч на вытянутой и чуть опущенной руке, острие смотрело юноше в живот.

- И как это понять? - спросил Айтверн, выходя из гущи деревьев на открытое пространство. - Вы что, на стороне предателей?

Руперт не ответил, просто сделал еще один шаг навстречу. Артур лихорадочно соображал, сможет ли драться при таком недостатке света - звезды горели ясно, но и только. Александр и Элберт, правда, как-то дерутся, но в своих силах Артур был не уверен.

- Мы же друзья, Руперт, - с отчаянием сказал Айтверн. - Друзья! Забыл? Как вы могли стать мятежниками? Как могли?!

- У тебя нет друзей, - бросил Вейнард.

Он сделал еще один шаг.

- Я конечно тебя убью, - сообщил Артур, стараясь теперь говорить с легким презрением, - но совсем не хочу этого делать. Предлагаю тебе одуматься…

Руперт не ответил. Его меч взлетел вверх, нацелившись Айтверну в горло. Каким-то образом Артур все же сумел закрыться, несмотря на всю свою неуверенность. Да и удар барона вышел простым, хотя и сильным - настолько сильным, что у Айтверна заболело плечо, когда он парировал. Не давая времени на передышку, Руперт сделал новый выпад. Артур смог отвести его скорее интуитивно, не то чтобы увидев, откуда именно летит сталь, а просто догадавшись. Владетель Вейнардских топей всегда дрался хорошо, но предсказуемо, и профехтовав с ним на десятках тренировок, можно было чувствовать себя спокойно и в настоящем бою. Правда, Айтверну раньше никогда не хотелось сходиться с Рупертом в настоящем бою.

- Настоящих друзей, - отрывисто сказал Вейнард, когда они разорвали дистанцию, - никогда не заманивают смерти в пасть, сочинив для них смешную сказку.