Так, похоже, общение королей все же следует пресечь. Добра не выйдет. Айтверн, давя ругательство, схватил короля за локоть:

- Замолчите, ваше величество, - очень тихо и очень зло сказал герцог, - это не перебранка, а вы - не рыночная торговка. Дальше с ними буду говорить я. А лучше не говорить, а сразу драться. Вряд ли они разойдутся сами.

Однако человек в темном плаще уже продолжал:

- Довольно, Ретвальд! Я пришел сюда не затем, чтобы с тобой препираться! Со мной хорошее войско, но я не хочу крови. Сдавайся и открывай ворота, и пусть твои вассалы сложат оружие. Я не мерзавец и не убийца, ни единого волоса не упадет с твоей головы, и никто, находящийся сейчас в замке, не пострадает. Я несу вам мир, а не смуту. Сдавайтесь! Я не буду мстить даже тебе, Ретвальд, и если присягнешь мне, получишь титул и земли. Лучше быть иберленским герцогом, чем нищим изгнанником, правда? Я был изгнанником, и ничего, живой. Но ты им не станешь, коли убавишь норов. Видишь, я милосерден! Отворяй ворота!

Роберт порывался что-то ответить, но Раймонд, не отпуская его руки, оттащил его назад:

- Я же сказал, хватит, - прошипел Айтверн своему сюзерену, - мы не в пансионе благородных девиц, чтоб болтать до вечера. Пора с этим кончать. Один хороший выстрел - и род Картворов окончательно прервется. Остальные разбегутся, стоит их вожаку сдохнуть… А не разбегутся - нам будет о чем вспомнить на вечернем пиршестве. Ну-ка, парень, - бросил Раймонд ближайшему стрелку, - отдай мне свой лук.

- В этом нет необходимости, герцог Айтверн, - раздался громкий и немного укоризненный голос. Раймонд не сразу узнал в говорившем генерала Крейнера. Комендант столичного гарнизона стоял, широко расставив ноги, и держал отведенный в сторону тяжелый меч. - Я не позволю вам совершить преступление против помазанника Господнего. Солдаты! Уберите луки! Сегодня здесь никто не умрет. Я приказываю отворить ворота и опустить мост! Лиртан приветствует своего господина и принимает стяг Картворов.

По шеренгам выстроившихся на замковой стене солдат волной пронесся растерянный и недоумевающий ропот. Зато лейтенанты, как по команде, подняли крик, передавая приказ Крейнера все дальше и дальше, к отдаленным башням и вниз во двор, по цепочке разнося отданное распоряжение. Они действовали так, будто все было спланировано заранее. Айтверн перевел взгляд со впавшего в ступор монарха на Горана Крейнера и его офицеров, выглядевших совершенно готовыми к случившемуся.

- Какая, однако, неожиданность, - очень медленно произнес Раймонд и вдруг понял, что улыбается. - А я все гадал, почему не подходит гарнизон. Он и не явится, верно? Или явится, но только чтоб принести присягу тому недоноску? Как же ты меня провел, Горан… Скажи, чем они тебя подкупили, а? Может, тебе захотелось стать маршалом вместо меня? Хороший приз, правда?

- Я буду служить законному королю, - бросил Крейнер, но его лицо пошло краской.

- Врешь. И все вы врете. Никому вы не будете служить, кроме себя. И бедняга Картвор, или как там его, понимает это не хуже меня, да только других вассалов у него нет… Я бы его даже пожалел, но не хочу. Теперь все ясно, - задумчиво продолжал Айтверн, меж тем прикидывая, как ему вывести отсюда Роберта живым. Он не верил в посулы этого Гледерика Брейсвера, да даже если новоявленный король помилует низложенного монарха - найдется куча доброжелателей, что сделают кончину Ретвальда быстрой и незаметной.