— Так, здесь поподробнее, — я нахмурился. — Ты им дал учебник, а они растворились в воздухе?

— Естественно, нет. Если бы такое случилось хоть однажды, я бы не стал повторять эксперимент. Ни при каких обстоятельствах. И тебе не сказал бы про этот учебник ни слова.

Я кивнул, признавая, что спросил слишком быстро.

Аркадий, между тем, продолжал суховатым академическим тоном.

— В первом случае мальчик сказал, что отправляется на охоту, и не вернулся. В Убежище остались его вещи, в том числе имеющие сентиментальную ценность. Подготовленная нами распечатка лежала в коробке, закрытой на кодовый замок, с гербом Службы, ее нашли и передали нам. Вторая ученица пропала по-другому: отправилась гулять в сад, захватив с собой учебник и оставив предмет-компаньон в помещении Убежища. Спустя полчаса этот предмет-компаньон растворился в воздухе на глазах ее подруг. Что удивительно, учебник в саду потом найти не удалось, хотя такая же коробка сохранилась в вещах девочки. Видимо, она нарушила какой-то гиас, работая над заданиями по магии, и заодно нечаянно уничтожила распечатку — огневикам это легко. Поскольку я не знаю, какую главу она читала, не могу предпринять никаких мер. После этого случая я учебник никому не предлагал. Впрочем, и учеников у меня больше не было.

— М-да, — сказал я. — Отличные перспективы открываются.

— Учебник сможешь взять у Командора, если сочтешь это оправданным, — плавно пожал плечами Аркадий. — Его контакты будут в новом коммуникаторе, который… — он приподнял руку с часами, скосил на нее глаза, — ну вот буквально минут через сорок уже должны подготовить. Но имей мое предостережение в виду. Пока же… есть еще один важный вопрос, который нам обязательно нужно обсудить — это касается твоего доклада о хищнике, запертом внутри скалы. Но сначала все же займемся телекинезом. С ним сложнее, монстра можно обсудить и позже, когда ты выдохнешься.

Ого, он прямо уверен, что я выдохнусь? Неужели такая сложная штука?

— Погоди минуту, — сказал я. — У меня тоже кое-что есть, пока мы на теме детей-волшебников. Я знаю одну волшебницу, которая, подозреваю, пошла тем же путем, что и я. То есть придумала какое-то новое заклятье. И, возможно, даже вскрыла механизм гиасов.

— Одна из твоих замечательных Лошадок? — приподнял Аркадий брови. — Неужели Ксантиппа?

Я отметил про себя, что старший аналитик уже и девчонок, оказывается, разобрал до деталей биографии.

— Нет, не она. Вообще не из них. Она, кажется, старается не засветиться перед Службой. Взяла с меня обещание, что я никому о ней не скажу, но я абсолютно уверен — знай она о тебе, она бы сделала исключения. А рассказать ей я не могу — ясно же, что ты самый охраняемый секрет Ордена после ядерного оружия!

— Я даже не в первой десятке, — чуть улыбнулся Аркадий.

— Да? И ты точно знаешь, что в первой десятке?

Он этак повел глазами, мол, комментариев не будет. Я махнул рукой.

— Ладно, неважно. Короче, я сейчас собираюсь взять всю ответственность на себя и нарушить слово, раз уж обстоятельства так хреново сложились.