— Блин, реально тяжело!..

— Я предупреждал.

— А как же Проклятье?.. В смысле, почему на полет вообще сил не расходуется? И на воздушные контейнеры тоже очень мало?

— Потому что не ты формируешь путь, по которому энергия подается в объект — например, в твое тело — а предмет-компаньон. И вычисления тоже проводишь не ты… Точнее, они проходят в твоей голове, насколько я понимаю этот механизм, но управляет ими программа Проклятья. Своего рода клиент-серверная архитектура.

— Но почему Проклятье не предусмотрело какой-то другой способ перемещения? Менее энергозатратный? Какие-нибудь… — я пораскинул мозгами, — крылья из тех же воздушных потоков?

— … И реактивная струя из задницы для огневиков, — пробормотал Аркадий.

Я прыснул от смеха, снова больше от неожиданности, и гирька тут же упала мне обратно на ладонь.

— Во-первых, это не такой затратный способ полета, как кажется. Когда ты кастуешь телекинез на другой предмет, энергия рассеивается в пространстве. Когда ты обращаешь его на самого себя — она частью возвращается к тебе же и снова поступает в кровь, — пояснил бессердечный маг. — Во-вторых, у Проклятья нет недостатка в энергии. Как мы теперь твердо знаем благодаря тебе, оно качает ее непосредственно из Междумирья. После чего раздает своим жертвам через предметы-компаньоны. Его архитекторам было важнее не экономить энергию, а сделать так, чтобы дети-волшебники как можно меньше могли сделать сами, и при этом обладали достаточно универсальным инструментарием.

— Что значит, знаете благодаря мне?

— А это как раз второй вопрос, который я хотел с тобой обсудить. Но сначала давай разберемся с остальными гирьками и с их движением. А то опять заболтаешь меня.

— Это я тебя забалтываю, значит… Ну ладно.

К концу часа мне удалось добиться, чтобы гирьки стабильно летали по прямой и не врезались в стену. При этом кренились они в любую сторону совершенно произвольно и даже переворачивались вверх ногами. Я начал подозревать, что трюк со стаканом воды, который Аркадий продемонстрировал мне в день нашего знакомства, либо был инсценирован с помощью незаметной лески, либо требовал прямо-таки виртуозного владения телекинезом, до которого сотни, а то и тысячи часов тренировок.

— Ну, хоть что-то, — кисло сказал я, когда мне удалось пронести гирьку весом десять граммов от одного конца комнаты в другой.

— Зря уничижаешься, — улыбнулся Аркадий. — Для первого занятия более чем удовлетворительный результат. Примерно как я от тебя и ожидал, даже несколько лучше. Ты очень быстро учишься. Для меня первая тренировка кончилась тем, что я нечаянно засветил камешек себе в глаз. Если бы не регенерация ребенка-волшебника, быть мне не только бессердечным, но и одноглазым.

— То есть ты до этого тоже в бытность ребенком-волшебником допер?

Аркадий кивнул.

— Одновременно с воздушными жгутами. Стал пробовать закачивать энергию в предметы разными интересными способами. Чаще нарывался на жесткий блок от Проклятья — даже не гиас, а просто невозможность послать энергию по определенным траекториям. Что дало мне основание подозревать в этом ключи к магии других стихий. Некоторые варианты накачки энергией срабатывали, но при этом ничего значимого не делали — в лучшем случае, слегка нагревали материал. А некоторые — сам видишь.

М-да. А я бы, интересно, догадался бы до такого, если бы у меня было время?.. Теперь уже не узнаешь. Я, считай, сразу после открытия эхолокации сразился с террористами, потом меня познакомили с Аркадием — и все, после этого я в основном отрабатывал готовенькое, а не экспериментировал. Нужно будет все же и самому попробовать, вдруг чего интересное нарою?

«Угу, вот он помрет, и другого варианта у тебя все равно не будет — разве что с риском для жизни читать этот самовоспламеняющийся учебник», — пришла несвоевременная мысль, но я ее подавил.