Следующим вызовом было ДТП со сбитым пешеходом. Ну что за…! Хотя ругайся-не ругайся, а ехать надо, ведь это совсем рядом.

Долетели за пару минут. И бесполезно. Погиб мгновенно от травм, несовместимых с жизнью. Выяснилось, что переходил он дорогу по пешеходному переходу на зеленый свет. Но водитель дорогой иномарки, видимо, был уверен, что Правила дорожного движения его не касаются. Ладно хоть с места ДТП не скрылся.

А теперь поедем к господину Щепкину, тридцати шести лет от роду, у которого в очередной раз шею «прострелило». Добивается инвалидности из-за остеохондроза шейного отдела позвоночника. Говорит, что стал полностью нетрудоспособным. Утверждает, что и зрение ухудшилось, и руки-ноги плохо работают, и давление повышается то и дело. Вот только объективное обследование не подтвердило ни патологии зрения, ни патологии конечностей. Что же касается повышенного давления, то сама по себе гипертоническая болезнь не является основанием для назначения инвалидности.

Лечился он и в психиатрическом стационаре, в четвертом, так называемом «санаторном» отделении. Правда, совсем недолго. Как только узнал, что там ему никто не собирался «делать инвалидность», так сразу и выписался. Но не просто так, а с фейерверком, то бишь со скандалом и жалобой в департамент здравоохранения.

Главный персонаж, невысокий, светловолосый, чисто выбритый, был бодр и деятелен.

– Так, я буду запрашивать копию карточки, поэтому, пишите все, как положено. А то тридцатого августа у меня была шестнадцатая бригада, так они там почти ничего и не написали!

– Что вас беспокоит?

– У меня опять «прострел» в шее, ничего делать не могу. И еще давление снова подскочило, сто шестьдесят на девяносто и пульс девяносто.

Ну что ж, сделали ему нестероидный противовоспалительный препарат внутримышечно, под язык дали ингибитор АПФ с бета-блокатором. Думал я на этом распрощаться с господином Щепкиным, но от него разве так просто отделаешься?

– А, да, самое главное: не забудьте написать, что у меня все из-за остеохондроза!

– Такое я однозначно не напишу, потому что не вижу взаимосвязи.

– Ну хорошо, тогда с меня жалоба!

– И вам всего хорошего!

Ладно, хоть воспитанный, не хамит, слюной не брызжет.

Да что ж сегодня все, как с цепи сорвались? Ведь вызов за вызовом, без передышки! Какое-то нездоровое начало календарной осени. Теперь поедем на ранение мошонки с кровотечением у мужчины пятидесяти девяти лет.

Дверь приоткрыта, в прихожей свет.

– Хозяева! Есть кто-нибудь? – крикнул фельдшер Гера.

– Ееесть, проходите! – отозвался слабый голос.

На диване лежал бледный голый мужчина с зажатой между ног тряпкой. Нет, расспрашивать о случившемся пока неуместно, не в том он состоянии. На мошонке – колото-резаная рана, которая несильно, но подкравливает. Давление сто на семьдесят, пульс сто пятнадцать.

Обезболили его наркотиком, наладили капельницу с вазопрессором, туалет раны произвели, повязку наложили. И вот, пострадавший ожил, стал поактивнее. Теперь можно и расспросить его:

– Что случилось-то, кто вас так?

– Да ну, стыдно сказать… Ладно, короче, сегодня жена в деревню уехала до субботы. Ну а я взял и подругу привел. Мы это самое сделали, я в душ пошел, Любка в спальне осталась. И вдруг эта собака бешеная своим ключом дверь открыла и ворвалась! Меня, безо всяких слов, кааак ткнет ножом прямо в <народное название тестикул>! Я думал, она Любку вообще зарежет, но нет, даже пальцем не тронула! Мне и больно-то, и кровища течет, а эта тварь орет про развод и угрожает меня бомжем сделать! Потом прооралась и ушла куда-то. Да и черт бы с ней, вот только как я без <тестикул-то> теперь буду?!

Да, прямо как в песне получилось: «Любовь нечаянно нагрянет, когда жену совсем не ждешь».