— Роузи мертв. Его убили на острове Святого Габриэля.

— В самом деле? Ну, его друг Гиббс именно этого и боялся. Хотел спросить, не знаю ли я, что происходит. Упомянул опять про этого Правдера и сказал, что от него надо держаться подальше. Рассказал мне, как твой приятель Эбботт украл его катер, чтобы сбежать с Чистилища, и как он предлагал деньги за имя человека, убившего его друга Кормье. Когда

Снова всплыло имя Правдера, я стала нервничать. Мне вдруг пришло в голову, что я уже знаю чересчур много. А я, знаешь ли, всегда доверяла своим инстинктам.

— И ты решила сбежать с Бримстоуна?

— И не только с Бримстоуна. Я решила уехать от этого типа Правдера как можно дальше и выждать, пока все не утрясется. Мне пришло в голову, что пора отдохнуть, и почему бы мне не смотаться в Штаты и не проверить свои финансовые дела. Все эти брокеры и бухгалтеры теряют бдительность, если ты не дышишь им в затылок время от времени.

— Что верно, то верно, — согласилась Мэтти. — Я взяла за правило лично встречаться с моим бухгалтером по меньшей мере дважды в году.

— И правильно. Ну, я и решила убить сразу двух зайцев. Разобраться с делами здесь, и там пока пусть все успокоится.

— Ты очень мудро поступила. Я точно не знаю, что происходит, но наверняка можно ждать беды. Хью вчера утром улетел.

— Улетел? А что он собирается делать?

— Сама хотела бы знать, — печально вздохнула Мэтти. — Слушай, если ты не возражаешь против того, чтобы спать на большом диване, можешь остановиться у меня, пока не решишь, что делать дальше.

Евангелина сначала удивилась, потом растрогалась.

— Очень мило с твоей стороны, душечка. Ты уверена, что я не помешаю?

— Ни в коем случае. Мне сейчас как раз необходима компания.

Евангелина усмехнулась.

— Я приглашаю тебя поужинать. За мой счет.

— Великолепно. Мы поговорим о том, куда надо вкладывать деньги.

Они решительно являли собой странную пару, когда вошли в тот вечер в зал одного из лучших ресторанов Сиэтла и сели у стойки, чтобы выпить. Каждый из присутствующих хотя бы раз вскользь взглянул на Евангелину. Потом, явно оценив ее и придя к определенному заключению, некоторые посетители с любопытством переводили взгляд на Мэтти.

В одном из своих собственных творений Евангелина выглядела сногсшибательно — яркое цветастое платье с низким вырезом и юбкой, едва доходящей до середины бедер. Мэтти была в скромном шерстяном платье с высоким воротом, которое ее спутница сочла единственным пригодным к носке из всех имеющихся — разумеется, за исключением красного наряда. Мэтти красное платье надевать в центре Сиэтла отказалась, мотивируя это тем, что слишком холодно. Ведь не на островах же они в конце концов.

— Слушай, тут здорово. — Евангелина оглядела папоротники, полированное дерево, хорошо одетых посетителей. — Обычно, если я иду в бар, то работаю. А ведь приятно просто прийти, сесть и расслабиться.

— Я рада, что тебе нравится, Евангелина. Слушай, я хочу попросить тебя об одолжении.

— Конечно, душечка.

— Пойдем со мной завтра вместе по магазинам? Я бы не отказалась от совета.

Евангелина расхохоталась, и в их сторону снова повернулись головы.

— С удовольствием. Больше всего на свете люблю ходить по магазинам. — Она наклонилась к Мэтти. — И между нами говоря, душечка, совет тебе пригодится.

— Я знаю.

— Не хочу распространяться, но, по правде говоря, я была несколько потрясена, когда заглянула в твой шкаф. Все не те цвета. И фасон тебе нужен, больше подходящий фигуре. Ты слегка худо-вата, но это ничего.