— Ты говоришь, что теперь Ладо в менее выигрышном положении. Так в чем же состояло Риткино превосходство?

- ^ Ну, я бы не сказала, что она его чем-то превосходила. Но его-то уровень значительно снизился, а ее — наоборот. Рита Мартова шикарно одевалась, каталась на новенькой «хонде», а до этого на «пежо». Красивой и даже симпатичной ее трудно было назвать, но Тамара права, с годами Рита стала более привлекательной. Сразу видно, что это холеная, ухоженная женщина, — причесывалась у дорогого парикмахера, делала макияж у классного визажиста, каждую неделю ходила на массаж, посещала бассейн и солярий, дважды в год отдыхала на престижных курортах и круглый год щеголяла золотистым загаром, который ей очень шел. По моим наблюдениям, Рита сделала несколько пластических операций, и это пошло ей на пользу. Фигура у нее не очень, но без грамма целлюлита — видимо, систематически прибегала к липосакции, занималась в тренажерном зале. В общем, любила себя, и сразу было видно, что у нее есть средства. А Ладо уже несколько лет в неизменном твидовом пиджаке, ходит пешком, да и вообще у него вид потасканного ловеласа. В журналистских кругах его всерьез не принимали. Да и женщины относились к нему соответственно. Молоденькие дурочки на него до сих пор клюют, но женщина, знающая себе цену, и близко к себе не подпустит.

— Чего ж Ритка на него польстилась?

— Ну, во-первых, я бы не назвала ее женщиной, знающей себе цену. Хотя она немало средств и сил тратила на поддержание внешнего вида, было в ней что-то такое… — Люся задумалась, пытаясь найти точное определение. Жалкое?.. Да, пожалуй, жалкое. И неуверенность — как ее воспримут? Иногда она чем-то напоминала дворняжку, которая забрела в дом и смотрит на хозяев, не зная — обругают и прогонят или приласкают и накормят? Особенно тушевалась Рита в незнакомом обществе или среди известных журналистов жалась в уголке, старалась быть незаметной. Непринужденно общаться так и не научилась, с новым человеком всегда терялась. А в другие моменты казалась очень самоуверенной, особенно перед женщинами. Помню, была выставка какого-то малоизвестного художника, приглашения разослали во все газеты, хотя солидные издания не соизволили удостоить ее своим вниманием. А я забрела туда вместе с коллегой и встретила там Риту. Она так расфуфырилась, будто пришла на прием в посольство. Бриллиантов на ней висело столько, что в глазах слепило. Да и держалась Рита как дама высшего света. Мне стало смешно — чего передо мной-то изображать аристократку! Уж мне ли не знать, кто такова серая мышка Рита Незнамова! А она окинула меня высокомерным взглядом и демонстративно разглядывала некоторое время, как бы подчеркивая, что я очень простенько одета, а на ней туалет от дорогого кутюрье. Ее все очень не любили — она жуткая злюка и при этом не менее жуткая притвора. Перед теми, кто ее чем-то превосходит, лебезила, а если человек ей не нужен, по-хамски демонстрировала пренебрежение.

— Видно, отыгрывалась за прошлое, — предположила Алла.

— А ведь кичиться-то нечем. Рита была неумна и совершенно непривлекательна как личность и как женщина, никакими особенными достижениями не отметилась. Меня она откровенно презирала — в ее понимании я не умею жить, раз все еще не бросила своего старенького мужа и надрываюсь за гроши.

— А сама-то Рита много зарабатывала?

— Да чем она могла заработать? Их еженедельник малотиражный — в выходных данных стоит пятьдесят тысяч экземпляров, а на самом деле от силы тысяч пять.