Николь не выдержала и отвела взгляд.

— Я не хочу об этом говорить, — глухо произнесла она.

— Ты не хочешь! — сердито констатировал он. — Ты и шесть лет назад не хотела! Уехала, исчезла! Как ты могла?!

Она взглянула на него, в ее распахнутых выразительных глазах плескалась боль.

— Как я могла? — прерывающимся от переполнявшего ее волнения голосом переспросила она. — И это говоришь мне ты? Ты?! — В ее глазах заблестели слезы, и она отвернулась, не желая, чтобы Джеймс стал свидетелем ее слабости. Она собиралась быть сильной. Но он сам, его близость… вся эта ситуация просто выбивала почву у нее из-под ног, ломая стереотипы поведения и вытаскивая чувства на поверхность.

— Я говорю это потому, что до сих пор не понял, почему ты позволила себе исчезнуть без объяснений, — тихо произнес он.

Она бросила на него короткий взгляд.

Боже! Когда же все закончится?!

Она надеялась, что по прошествии шести лет уже невозможно так зависеть от этого мужчины.

Но сейчас ей пришлось убедиться в обратном.

— Джеймс, мы расстались, — произнесла Николь. — Я не хочу больше к этому возвращаться.

Она старалась, чтобы голос ее звучал ровно, но слезы, предательские слезы катились по ее щекам, прокладывая соленые бороздки на нежной коже.

— А я бы с удовольствием вернулся! — Он не сводил с нее пристального взгляда, в котором полыхало пламя. — Вернулся бы и узнал, почему ты так поступила?!

Николь опустила голову.

Она смахнула слезы, отвернулась к окну.

— Что произошло тогда, Николь? — Вопрос Джеймса ударил ей в спину.

Она вздрогнула.

Резко обернувшись, она осуждающе посмотрела на него.

— Ты меня об этом спрашиваешь?! — воскликнула она. — Меня?!

— А кого мне спрашивать?! — вскричал он. — Это же ты уехала, ничего не сказав, никак не объяснив своего поведения!

— Потому что застала тебя в постели с какой-то девкой! Потому что убедилась, что ты обыкновенное животное, бегающее за каждой самкой! Вот почему я уехала! Теперь ты доволен? — с горечью поинтересовалась она.

— Что?! — Джеймс опешил.

— Что слышал! — воскликнула Николь.

Она уже не стеснялась своих слез. Она размазывала их по щекам, глядя на него, и глаза ее метали молнии.

— Но я… я ни разу тебе не изменил!.. Я же любил тебя, — растерянно пробормотал он.

— Хватит врать, — устало проговорила она. — Тебе не надоело? Столько лет уже прошло.

Джеймс подошел к ней, схватил ее за плечи, тряхнул.

— Вот именно, столько лет! И ты не могла поговорить со мной! Все держала в себе! Какие-то глупые домыслы! Как ты могла?! Ты все разрушила, даже не имея фактов на руках!

— Да какие факты, когда я все видела своими глазами?! — Николь с болью посмотрела на него. — Какие еще мне нужны были факты? А?

Джеймс отпустил ее.

— Что ты сказала? — удивленно переспросил он.

— Я видела тебя, Джеймс, — тихо ответила Николь. — Как раз в самый момент ваших любовных игр. Мне было так больно, что до сих пор, вспоминая об этом, я чувствую, будто сердце сжимается как в тисках и не хватает воздуха.

— Но этого просто не могло быть, — произнес он. — Ты хоть понимаешь, что этого просто не могло быть?!

Николь всхлипнула, закрыв лицо руками.

— Как ты можешь отрицать, когда я все видела собственными глазами?

Он посмотрел на нее долгим внимательным взглядом.