Крича что-то бессвязное, он налег всем телом на стол и перехватил запястье жены.

— Не смей!

Она уставилась на него широко раскрытыми глазами. Он, не сводя взгляда с кусочка моркови, надетого на вилку и покрытого тонким слоем приправы, пригнул ее руку к тарелке.

— Положи.

Франческа выпустила вилку. Она со звоном, ударилась о тарелку.

— Милорд? — встревоженно прошептал Ирвин. Откинувшись назад, по-прежнему не выпуская Франческу, Джайлз другой рукой поднес бутылку к его носу:

— Понюхайте.

Ирвин взял бутылку, потянул носом и тихо ахнул.

— Но, милорд… Разве это не…

— Горький миндаль, — кивнул Джайлз. — Немедленно Уоллеса ко мне. И миссис Кантл.

Один взмах ресниц Ирвина — и лакей выскочил из комнаты как ошпаренный. Ирвин собственноручно схватил тарелки со стола.

— Дайте мне понюхать, — робко попросила Франческа.

Ирвин неохотно поднес ей бутылку.

— Пахнет горьким миндалем, — подтвердила она.

Дверь открылась, и в столовую вплыла миссис Кантл в сопровождении Уоллеса.

— Милорд?

Джайлз коротко все объяснил. Бутылка обошла присутствующих. Вывод был однозначен: содержимое пахло горьким миндалем.

— Не понимаю, как…

Уоллес обернулся к экономке. На ее щеках цвели два красных пятна.

— Бутылка пропала… с неделю или около того. Кухарка нашла ее всего несколько минут назад.

— Пришлите миссис Доэрти, — велел Джайлз Ирвину. — А вы, миссис Кантл, расскажите о приправе.

— Я спросила, можно ли ее приготовить, — всхлипнула Франческа, ломая руки. — Привыкла сдабривать здешнюю еду, которая кажется мне слишком пресной…

На сцене появилась бледная, потрясенная случившимся кухарка.

— Поверьте, я понятия не имела. Просто увидела бутылку, схватила и немедленно принесла сюда, зная, как недостает миледи ее любимой приправы.

— Кто готовит приправу? — осведомился Джайлз.

Миссис Кантл и кухарка переглянулись.

— Фердинанд, милорд, — ответила миссис Кантл. — Он знал, что именно имеет в виду миледи, и был на седьмом небе от радости, что именно его попросили приготовить приправу для госпожи.

— Фердинанд?

Джайлз глянул на Франческу. Судя по ее глазам, она готова была защищать проклятого поваришку!

Кухарка неловко шаркнула ногами.

— Если вы не против, милорд, я избавлюсь от этой мерзости.

Джайлз кивнул. Кухарка схватила бутылку и ушла.

Уоллес тактично откашлялся.

— Простите за дерзость, милорд, но я сказал бы, что Фердинанд вряд ли способен на такое. Он предан ее светлости и, несмотря на свои выходки, прекрасно выполняет свои обязанности и делает все, что от него требуется. С самого приезда ее сиятельства он перестал ссориться с кухаркой, что было его единственным крупным недостатком.

Миссис Кантл согласно кивнула. Ирвин последовал ее примеру, — И, — продолжал Уоллес, — если бы Фердинанд и хотел кого-то отравить, он смог бы добиться этого очень легко и так, чтобы его не заподозрили. Насыпал бы яда в блюда с более сильным запахом, вместо того чтобы класть горький миндаль в приправу леди Франчески.

Джайлз оглядел собравшихся. Учитывая все, что он испытывал, ему было очень сложно наклонить голову и принять их доводы. Но он все-таки пересилил себя.

— Прекрасно. В таком случае кто положил яд в эту бутылку? У кого есть доступ к горькому миндалю? Миссис Кантл пожала плечами:

— Все, что вам нужно, — это орехи.