У Дели закружилась голова; вся дрожа, она крепко уцепилась за поручни; Бренни скатился вниз по трапу и позвал Мэг. Та схватила пароходную аптечку, и они присоединились к двум рабочим, которые пытались закрыть с помощью лебедки шлюзовую камеру; один из них бросился на берег за большим домкратом.

В аптечке нашлась ампула с морфием и шприц, который Алекс достал для Дели – на случай, если с кем-нибудь из команды произойдет несчастный случай.

Она хорошо помнила рассказ Брентона о том, как бывшему хозяину «Филадельфии», старику Тому, оторвало ногу валом гребного колеса. Тогда Чарли Макбин был бессилен помочь ему и сбить зажим; именно после смерти Тома механик вовсю и пристрастился к бутылке.

Мэг опустилась на мостик и вколола морфий, поддерживая голову пострадавшего, пока шлюзовые рабочие и команда с парохода, включая побелевшего Гордона, – сдвигали кран с разможженной ступни. Шлюзовик был в полном сознании и даже пробовал шутить:

– Ну… разве… не повезло? – говорил он, с трудом выдыхая слова, когда Мэг бережно уложила его голову к себе на колени. – Точно… рассчитал… когда появится… такая красавица…

– Тебе повезло больше, чем ты думаешь, – заметил Бренни. – Она дипломированная медсестра и в обморок от крови не падает.

У Гордона заалели уши, до этой минуты он старался не смотреть на раненого. Мэг решила пощадить брата:

– Гордон, здесь и без тебя хватает людей. Принеси ему, пожалуйста, попить чего-нибудь тепленького и не забудь положить сахар.

Раненый сильно побледнел и покрылся липким холодным потом.

Ногу удалось освободить не сразу, но мужчина не терял сознания, и все время, не отрываясь, смотрел в лицо Мэг своими карими глазами, от которых лучиками расходились морщинки. Он не кричал, но все сильнее и сильнее сжимал ее руку. Когда его положили на носилки и Мэг увидела, что ботинок вмят в размозженную ступню, она поняла, что накладывать шины бессмысленно. Здесь должен поработать хирург и, чем раньше, тем больше шансов спасти ногу.

Седьмой шлюз находился в глухом уголке Нового Южного Уэльса, недалеко от границы с Южной Австралией; вокруг простиралась нескончаемая степь. Начальник шлюза получал жалованье в штате Южная Австралия, почту ему пересылали из штата Виктория, а свою машину он держал в штате Новый Уэльс. По берегу озера Виктория дороги не было, а в Новом Южном Уэльсе ближайшая больница находилась в Уэнтворте. Решили, что удобнее будет доставить его туда на пароходе, где он сможет лежать в постели, а не трястись в стареньком автомобиле по ухабистой степной дороге.

Мэг нравилось ухаживать за больными, поэтому она была довольна. К тому же ее пациент – спокойный, не очень молодой, уверенный в себе мужчина с веселыми, насмешливыми глазами – чем-то ей нравился. Он вел себя очень мужественно и все время называл ее красавицей. Когда они доплыли до Уэнтворта, Мэг не захотела расставаться со своим пациентом.

– Я останусь в больнице и прослежу, чтобы за ним был хороший уход, – сказала она Бренни и Дели. – Вы идите дальше до Милдьюры, а меня заберете на обратном пути. Может, если у него будет «своя» сиделка, ногу удастся спасти. Жаль, если он останется калекой.

Дели была против. Материнское чутье подсказывало ей, что лучше не оставлять Мэг, но та приняла решение и спорить с ней было бесполезно. «Филадельфия» пошла дальше без Мэг.

Пока они добрались до Милдьюры, врачи два раза успешно прооперировали ногу и риск ампутации миновал; когда они отправились в обратный путь, пациент влюбился в свою сиделку, а когда через взбаламученные воды нижнего Дарлинга «Филадельфия» приплыли в Уэнтворт, он сделал Мэг предложение, и оно было принято.