Он все еще внутри меня, когда первый луч солнца начинает выглядывать из-за океана.

28. Настоящее

Я открываю шкатулку. Грэм бездействует. Он просто молча стоит рядом со мной. Я беру конверт с письмом, адресованным ему. Протягиваю ему и снова заглядываю в шкатулку.

Беру конверт со своим именем, предполагая, что больше в шкатулке ничего нет, так как мы положили туда только эти два письма. Но там лежат еще несколько писем, все адресованные мне и датированные. Он, оказывается, добавлял письма. Я вопросительно смотрю на него.

– Мне нужно было сказать тебе то, чего ты никогда не хотела слушать.

Он хватает свой конверт и выходит на заднее крыльцо. Я несу шкатулку в гостевую комнату и закрываю дверь.

Я сижу одна на кровати, держа в руках тот единственный конверт, который ожидала найти в шкатулке. Тот, что видела в нашу первую брачную ночь. В правом верхнем углу конверта он написал дату. Я открываю другие конверты и складываю страницы в том порядке, в каком они были написаны. Я боюсь это читать. И боюсь не читать.

Много лет назад, когда мы запирали шкатулку, я не сомневалась, что мы откроем ее только в двадцать пятую годовщину свадьбы. Но это было до того, как мы столкнулись с реальностью. До того, как узнали, что наша мечта о детях никогда не сбудется. До того, как поняли, что чем больше пройдет времени, чем больше я переживу моментов отчаяния, чем больше Грэм будет заниматься со мной любовью, тем все это будет больнее.

Дрожащими руками я прижимаю страницы к одеялу и разглаживаю. Потом беру первую страницу и начинаю читать.

Все-таки я не готова. Мне кажется, люди, которые женятся по правильным причинам, едва ли ожидают, что такой момент наступит. Я напрягаюсь, словно готовлюсь к удару, и начинаю читать.

Дорогая Квинн!

Я думал, что у меня будет больше времени, чтобы написать это письмо. Мы ведь не собирались пожениться так скоро, поэтому пишу в самую последнюю минуту. Я не очень силен в письмах, поэтому не уверен, что смогу передать словами все, что хочу сказать. Я лучше разбираюсь в цифрах, но не хочу утомлять тебя уравнениями типа «Я плюс ты равняется бесконечности». Если ты думаешь, что это глупо, тебе повезло, что ты встретила меня сейчас, а не в школьные годы.

В седьмом классе я сочинил любовное стихотворение, которое собирался записать и подарить своей первой девушке. Слава богу, прошло много лет, прежде чем у меня действительно появилась девушка. К тому времени я понял, что это была плохая идея – вставлять в стихотворение названия элементов из периодической системы химических элементов. Но сейчас, рядом с тобой, я достаточно уверен в своей мужественности чтобы наконец найти применение этому любовному стишку. Потому что да, я его помню. Кое-что из него.

Вот так. Именно ты – та счастливица, которая сегодня станет женой автора этого стишка.

Хорошо, что ты прочтешь это только через двадцать пять лет, потому что после того, как мы сегодня поженимся, я больше не выпущу тебя из этого брака. Я как отель «Калифорния». Ты можешь любить Грэма сколько и когда захочешь, но никогда не сможешь уйти.

Священник приедет через два часа. Пока я пишу это письмо, ты наверху готовишься к свадьбе. Вчера по дороге сюда мы остановились у магазина для новобрачных и ты попросила меня подождать в машине, а сама сбегала и купила свадебное платье. Вернувшись в машину с пакетом, ты хохотала. Ты сказала, что продавщицы приняли тебя за сумасшедшую, – надо же, покупать платье за день до свадьбы! А ты сказала им, что так затянула с этим делом, что даже жениха еще не выбрала. Они так и ахнули.

Мне не терпится увидеть, как ты идешь по песчаному проходу. Ты и только ты, в этом платье, на пляже, без украшений, без гостей, без фанфар. А фоном будет весь океан. Но давай просто молить Бога, чтобы ни один из твоих вчерашних снов не сбылся.