— Ох, извини меня, — пробормотала я, стараясь быть вежливой.

Сэра продолжала:

— Вера прилетает в Нью-Йорк через две недели, чтобы поискать квартиру. А когда я сегодня ехала к тебе, я внезапно подумала, что твоя квартира прекрасно бы ее устроила. У нее пятнадцатилетняя дочь Линда, если ты ее помнишь, и домработница, которая живет у них много лет. Твоя квартира как раз подходящего размера.

Я сделала еще один глоток водки и ничего не ответила.

— Ну, что ты об этом думаешь? — спросила Сэра, изучая меня взглядом.

Я безразлично пожала плечами.

— Ты хочешь ее продать, Мэл?

— Я полагаю, что да.

— Ты говоришь как-то туманно. Но неделю назад ты мне сказала, что больше никогда не хочешь видеть Нью-Йорк, что ты ненавидишь этот город. Зачем иметь квартиру в городе, который ты ненавидишь?

— Ты права, Сэра. Если Вера захочет купить эту квартиру, то пожалуйста. Покажи ей ее в любое время. Или моя мама может показать. У нее есть ключи.

— Спасибо, Мэл. — Она улыбнулась мне. — Было бы замечательно, если бы вы оказали друг другу добрую услугу.

— Что ты имеешь в виду?

— Вера хочет найти хорошее место, чтобы поселиться. А ты, я уверена, могла бы найти применение этим деньгам.

Я кивнула.

— Страховка Эндрю не слишком большая.

— Квартира заложена, не так ли?

— Да, — сказала я. — И дом тоже.

Сэра посмотрела на меня долгим взглядом.

— Как ты собираешься обходиться? — спросила она спокойно, с явным участием. — Что ты собираешься делать, чтобы зарабатывать деньги?

«Мне они не будут нужны. Я умру», — подумала я. Но вслух сказала:

— Немного перечисляют из рекламного агентства, но не слишком много. Джек Андервуд сказал мне, что у них неприятности. Они потеряли несколько крупных заказов, и у них множество разных финансовых проблем в их лондонском отделении. Но ты это знаешь, Эндрю тебе рассказывал, когда вернулся оттуда в ноябре.

— Когда ты говорила с Джеком?

— Он приезжал меня навестить пару дней тому назад. Он только что вернулся из Лондона. Он потрясен случившимся — они с Эндрю были близкими друзьями — и печалился насчет агентства. Они с Харви уходят. Собираются сами открыть дело. Все это было задумано Эндрю… — Мой голос дрогнул, и я молча смотрела на нее, затем закончила твердым тоном и громче: — Так что они продолжают осуществлять их общие планы, хотя Эндрю больше нет.

Сэра молчала. Она сидела и потягивала выпивку, поглядывала в окно на покрытые снегом газоны; на ее лице было довольно жалкое выражение.

Я встала и уменьшила свет, который был слишком ярким для меня сегодня. Затем снова уселась.

— Я беспокоилась о тебе, Мэл, — внезапно сказала Сэра.

— Ты имеешь в виду деньги, тот факт, что у меня их больше нет?

Она отрицательно покачала головой.

— Нет, вовсе не об этом. Тетя Джесс и Дэвид помогут тебе, да и я тоже. Ты знаешь, все, что у меня есть, — твое. И твой отец и Диана позаботятся о тебе, пока ты не встанешь на ноги.

— Я тоже так думаю, — сказала я. Конечно, в этом никогда не будет нужды — меня здесь не будет.

Сэра сказала мягко:

— Я беспокоюсь о твоем здоровье, о твоем состоянии. Но больше всего о твоем внутреннем состоянии. Я понимаю, что ты постоянно испытываешь мучительные страдания, что скорбь и боль поглотили тебя целиком.