— Что… что она делает в моей кровати? — озадаченно пробормотала Хэрриет, все еще не пришедшая в себя. Но опомнившись, почувствовала, как лицо ее покрывается краской смущения. — О нет! — в ужасе выдохнула она, быстро хватая шкатулку и открывая ее. В шкатулке лежала стопка писем, перевязанная ленточкой. — Ты… ты читал мои любовные письма!

— А что еще было делать? — пожал он плечами. — Здесь нет ни книг, ни журналов. Ни телевизора. Ничего, что могло бы развлечь меня.

— Как ты посмел?

— Ни к чему так расстраиваться. — Он снова пожал плечами; Хэрриет уставилась на него, ее трясло от гнева. — К тому же в них ничего интересного. Похоже, ты встречалась с какими-то недотепами!

— Это личные письма! — в бешенстве кричала она.

— Сентиментальные бредни! — усмехнулся он, ничуть не пристыженный ее нападками. — Особенно этот, что подписался: «Твой преданный почитатель, Джордж». — Ясное дело, он и понятия не имеет, как ухаживать за девушкой. Нет, честно, дорогая, на него только даром время тратить! На твоем месте я бы поскорее отделался от него, а эти письма сжег.

— К счастью, я не ты. И я тебе не «дорогая»! рявкнула она на Финна, выходя из себя. — И еще… С этого момента ты сам по себе. Я и пальцем не шевельну ради тебя!

— Успокойся же, Хэрриет. И чего ты так взвилась, — уговаривал он ее.

— Ах, взвилась! Так знай же… черт с тобой! Гори синим пламенем! Ты… негодяй! — крикнула она и выбежала из комнаты, хлопнув дверью.

Когда эта сумасшедшая девчонка в ярости выскочила из комнаты, Финн лишь озадаченно покачал головой. Но вскоре понял, что умудрился всерьез задеть ее.

— Ох уж эти женщины! — пробормотал он и позвонил в маленький бронзовый колокольчик, «Подарок из Швейцарии». Ночью она являлась к нему на звонок без промедления. Но сейчас, сколько бы он ни трезвонил, сколько бы ни звал, ответом ему была тишина.

Да что стряслось с этой дурехой? Зачем столько крика из-за парочки нудных писем? Вот если бы там оказались какие-нибудь пикантные подробности, он бы понял ее возмущение. Но эти парни были какими-то недоносками! Финн не мог взять в толк, почему это Хэрриет, такая яркая девушка, общается с такими тряпками.

С другой стороны… Финн откинулся на подушку. Ему вспомнились мягкие губы и нежные упругие груди, стройное, трепетное тело, которое он еще совсем недавно обнимал. Финн не мог не признаться себе — приятно сознавать, что конкуренция невелика. По крайней мере, пока.

Прошел еще час. Финн с удивлением понял, что ему не просто скучно. Ему не хватает компании Хэрриет.

Несмотря на короткое знакомство с этой вздорной, взбалмошной особой, большую часть времени они только и знают, что ссорятся. И неудивительно временами Хэрриет бывает несносна. И все же… Хэрриет сильно отличается от всех его подружек. И так привлекательна. Еще одна причина для того, чтобы она не дулась внизу, а была бы с ним, невесело размышлял Финн.

День клонился к вечеру, а Хэрриет все не появлялась. Финн вынужден был признать очевидное — он попал в немилость. И хотя его выходку как-то можно оправдать — бессонной ночью, болью в сломанной ноге, раздражением оттого, что он вынужден сидеть взаперти, — оправдания глупой обиде Хэрриет уж точно не находилось.

Однако надо признать, подумал Финн, что, хотя девчонка и виновата, она сделала все, чтобы ему стало лучше.

Значит… едва ли стоит рассчитывать на ее милость. Придется ему как-нибудь спуститься и молить ее о прощении за свою дерзкую выходку. Финн приуныл. С Хэрриет станет уморить его голодом.