— С тобой все в порядке? — с заботой в голосе произнесла Морин. — Ты, случайно, не подхватила грипп?

  — Нет-нет, я просто очень устала. Прости, что сорвалась, — сказала девушка с извиняющейся улыбкой. И тут же постаралась перевести разговор на другую тему. Она попросила Морин принести папку с информацией об известном киноактере, чья свадьба должна будет состояться через месяц. Но оставшись одна, с папкой на столе, Оливия не заглянула в нее, а откинулась на спинку стула, закрыв глаза. Ей никак не удавалось выкинуть из головы Доминика и субботу, проведенную в его обществе.

  Ты оказалась обычной слабой женщиной, вынесла себе приговор девушка. И почти без всякого сопротивления уступила его обаянию. В ее мозгу снова и снова прокрутились, как в кино, сцены того субботнего вечера.

  Она совершила ошибку, поверив, что все держит под контролем. День действительно прошел относительно спокойно. Но когда, переодевшись перед тем, как уехать, она спустилась в холл и увидела там молчаливо стоящего Доминика, ситуация выскользнула из ее рук. Какой же идиоткой она оказалась! Насколько самонадеянно было с ее стороны полагать, что она способна остаться нечувствительной к чарам этого мужчины. Едва она очутилась в его объятиях, как мигом забыла все разумные слова, которые сама себе говорила. И сразу ответила на его поцелуй, отринув все доводы рассудка. Руки Доминика летали по ее телу, и дрожь страсти охватила девушку с головы до ног

  Возбуждение достигло предела, когда Доминик вытащил ее блузку из юбки, а его руки проскользнули к ней под одежду и дотронулись до груди. Доминик нежно коснулся ее сосков, и это прикосновение отозвалось во всем теле девушки. Оливия понимала, что надо немедленно остановить Доминика. Нельзя верить мужчине, который однажды уже явился причиной ее слез. Страх и воспоминания об обстоятельствах их последней встречи десятилетней давности придали Оливии сил, и она оттолкнула Доминика. Тот спокойно отпустил ее и, скрестив руки на груди, с загадочным выражением лица смотрел, как она в спешке отступает к двери.

  — Несмотря на долгие годы, что мы с тобой не виделись, — сказал он ей твердо, — ничего не изменилось между тобой и мной.

  Это было как раз то, чего Оливия больше всего на свете боялась. Щеки девушки вспыхнули огнем, когда она судорожно засовывала блузку обратно в юбку. Оливия никак не могла успокоиться, она попыталась привести свои волосы в порядок, но пальцы дрожали и не слушались ее.

  Тишина в комнате сделалась абсолютно невыносимой, и Доминик, откашлявшись, громко произнес:

  — Я думаю, нам с тобой есть о чем поговорить, Оливия. Потому что совершенно ясно...

  — Нет, — выдохнула девушка, быстро схватив свою сумочку и накинув ее ремешок на плечо. — Нам не о чем разговаривать, — добавила она, отвернувшись. — Что было, то было. Прошло много времени, мы изменились, но я не хочу дважды допускать одну и ту же ошибку.

  — Не глупи, — резко возразил Доминик. Он подошел к ней и, взяв за руку, развернул лицом к себе. — Кого ты обманываешь? Мы оба знаем, что ты хотела меня несколько минут назад. Как и я тебя. Так зачем же закрывать глаза и отрицать очевидное? Зачем притворяться, будто между нами не существует тесной связи? Может быть, наша страсть и ослабела за десять лет, но сейчас она готова вспыхнуть с новой силой!

  — Мне все равно! — ответила Оливия, чувствуя, как его рука властно сжимает ее запястье. — Я не хочу иметь с тобой ничего общего, Доминик. Ты всегда приносил мне одни беды. Пожалуйста, пожалуйста, оставь меня в покое! Лучше выбери какую-нибудь из своих подружек, — добавила она вызывающим тоном. — Любая из них прибежит к тебе с распростертыми объятиями. А я ничего от тебя не хочу. Ты мне неинтересен.

  — Надо же, в какую лгунью ты превратилась, Оливия, — медленно, растягивая слова, произнес Доминик.