— Да, заметил.

— Одним словом, мы с Ноланом раза два в неделю вместе обедаем, если я не слишком занята в гостинице.

Клео не понимала, почему она испытывает смущение. Наверное, от того, что Нолан был одним из немногих мужчин, с которыми она встречалась после смерти родителей четыре года назад.

Потребовалось немало времени, чтобы она хоть немного забыла то страшное потрясение, которое пережила, обнаружив в залитой кровью гостиной трупы своих родителей. По-прежнему ей иногда снилась та ужасная комната, и она просыпалась в холодном поту.

Власти сделали вывод, что произошло одновременно убийство и самоубийство. По непонятной причине, возможно, в яростной ссоре, процветающий бизнесмен Эдвард Роббинс убил свою жену, а потом застрелился сам.

Клео так никогда и не приняла эту версию. Полгода лечения мало чем ей помогли. Постепенно она примирилась с потерей, но ее причина оставалась для нее загадкой. Она ее не понимала и вряд ли сможет когда-нибудь понять.

Она была единственным ребенком, и одна она знала, какие крепкие узы связывали ее родителей. Она могла представить, что один из супругов решил последовать за другим в могилу, но нельзя было вообразить, что один убьет другого. Власти ей объяснили, что такое случается даже в самых лучших семьях.

Когда Клео наконец вышла из почти бессознательного состояния шока, в который погрузилась в кошмарный день убийства, она оказалась одна в целом мире. Ей было двадцать три года.

Медленно, болезненно Клео начала возвращаться к жизни. В те времена она часто ездила на побережье, куда ее притягивал вечный, умиротворяющий океан. Именно здесь она открыла для себя Приют космической гармонии и нашла силы, чтобы воссоздать свой новый мир.

На деньги, оставленные ей родителями, Клео купила старую викторианскую гостиницу, стоящую на высоком берегу над заливом. Медленно, но настойчиво она собрала вокруг себя группу друзей.

Группа то росла, то уменьшалась, некоторые ее члены приходили и уходили, но основа не менялась и включала Клео, Андромеду, Утреннюю Звезду, Сильвию Гордон и ее сына Сэмми. Где-то на середине пути к клану присоединились Триша Бриггс и Бенжи Аткинс. Так же, как и Джейсон Керзон. Образовалась своего рода обширная, хотя и необычная семья.

И, хотя Клео нуждалась в тепле своих друзей, она не страдала из-за отсутствия возлюбленного. Она не считала себя холодной или фригидной, но знала, что частица ее существа где-то в самой глубине погрузилась в спячку. Психотерапевт высказал предположение, что Клео пугает физическая близость из-за жестокости, с какой были разорваны узы, соединявшие ее родителей.

С другой стороны, объяснял врач, Клео жаждала счастливых отношений, которыми наслаждались ее родители, и одновременно страшилась того, что таилось за ними. Лишь во тьме безумия мог Эдвард Роббинс направить револьвер на любимую жену. Клео боялась, что источником страстного чувства может быть не только сильная любовь, но и опасная одержимость.

Но одно Клео знала точно: она может принадлежать мужчине, только если будет его любить так же горячо, как ее мать любила отца. Это должна быть всепоглощающая страсть и ничто другое.

Вот уже несколько месяцев, без особых обязательств, она встречалась с Ноланом Гильдебрандом, но не спала с ним. Она понимала, что им никогда не быть любовниками.

Макс напряженно смотрел на Клео.

— Джейсон знал о Гильдебранде?

Клео удивилась вопросу.

— Я вам говорила, что мы с Ноланом давно встречаемся.

Макс положил на тарелку недоеденную булочку. Он наклонился вперед; его взгляд был суровым.

— Вы хотите сказать, Джейсон делил вас с мэром вашего городка?

— Делил меня? — Клео изумленно заморгала. — О чем вы говорите?

— Вы прекрасно знаете, о чем идет речь.