—Я не могу оставаться в стороне, когда дочь моего лучшего друга страдает. И причина этих страданий кроется в вас. Вы думаете, я совсем ничего не замечаю? До того, как вы здесь появились, она была вполне счастлива. Когда не стало ее отца...

—Вы имеете в виду — ее папаши?

—Как вы смеете?! — Николас выпятил грудь вперед, словно оскорбили его. — Чарлз Тримейн был хорошим человеком и отличным врачом. Он...

—Да бросьте! Как врач он, может быть, был замечательный — не мне об этом судить, — но отцом он был паршивым.

—Кто бы ни сказал вам эту ложь, этот человек не знал Чарлза Тримейна, как знал его я!

—Тогда, выходит, — Джек выглядел озадаченным, — что это Кэролайн врет?

—Кэролайн сказала вам об этом?.. — Николас был искренне поражен. — Наверное, вы что-то не так поняли, молодой человек. Чарлз Тримейн просто обожал ее, как и свою жену!

—Я пока не жалуюсь на слух. Да и с мозгами вроде тоже пока все в порядке, — несколько сухо отозвался Джек. — По крайней мере, я так думал раньше, — едва слышно добавил он.

—Поясните, — потребовал Николас.

—Если вы были его лучшим другом, то вам лучше, чем кому бы то ни было, должно быть известно, что именно по вине этого достопочтимого и многоуважаемого доктора Кэролайн отказалась от нашего ребенка.

—Ах, вот вы о чем... — К Николасу снова вернулось прежнее самодовольство. — Чарлз поступил абсолютно верно. Мы обсуждали с ним этот вопрос, и я полностью поддержал его. Рожать в таком юном возрасте, да еще когда у отца ребенка ни кола ни двора? Не будете же вы спорить, что Кэролайн заслуживает гораздо большего, чем тогда вы могли ей дать? К тому же рождение ребенка — это всегда стресс для женского организма, не говоря уже об организме еще не до конца сформировавшейся девушки. И как врач, и как отец я полностью одобрил решение моего друга.

—Может, вы одобрили и метод, с помощью которого ваш дорогой друг предполагал избавиться от нежеланного внука?

Он что, действительно не знает? Старый скунс! И еще смеет называть себя ее другом?!

—Клиника, в которой была сделана операция... — Николас не заметил, как исказилось лицо Джека, и продолжал: — Одна из лучших в стране. Я хорошо знаю главного врача, персонал там очень квалифицированный и опытный. Других туда просто не берут. Что касается вас, молодой человек, — продолжил он менторским тоном, — то вы должны быть благодарны Чарлзу, что он уберег ее и вас — да, да! и вас тоже! — от опрометчивого поступка. Если бы вы были честны сами с собой, то давно признали бы, что это был наилучший выход из сложившейся ситуации. Лично я очень сомневаюсь, что вы были безумно рады, узнав, что Кэролайн забеременела.

Джек сжал кулаки. Он столько раз пытался представить себе, что бы он почувствовал, если бы узнал, что у него будет ребенок Кэролайн! Но теперь он уже никогда об этом не узнает...

—Похоже, ваш хороший друг все-таки кое-что утаил, — невозмутимо сказал он, горя желанием взять этого докторишку за плечи и трясти, пока тот не замолчит.

Что может знать этот ограниченный человек, у которого все в жизни, да и сама жизнь расписана на много лет вперед?

—У нас не было тайн. Мы во всем друг другу доверяли.

—А знаете, доктор, вы очень счастливый человек! — Голос Джека по-прежнему звучал ровно, но Николас почему-то испытал неприятное чувство тревоги. — И за это должны благодарить свой почтенный возраст, который удерживает меня от того, чтобы наглядно продемонстрировать вам, насколько вы ошибаетесь. Причем во всем, что вы только что сказали.