Из диджейской гулко, через колонки, прозвучал голос Ната Камински:

– Ну что, мистер Парк, вы готовы?

– Ага, – отозвался Рэгланд.

Он не готов, но какая разница – через минуту будет.

Хм, о чем бы таком спеть? Может, спеть про человека по имени Пит Робинсон из Чикаго, штат Иллинойс, как тот шел погожим ясным днем по улице, и вдруг на его спрингер-спаниеля напал разъяренный орел?

Нет, это же не про политику.

Хм, а как насчет баллады про конец света? Как в Землю комета врезалась. Или пришельцы напали и все захватили… А что, можно сочинить страшилку про то, как все вокруг взрывается, а людей лазерами заживо режут…

Нет, это для КУЛЬТУРЫ недостаточно интеллектуально, не пойдет.

Хм, а почему бы не спеть про ФБР? А что? Такого он еще не сочинял… ну-ка, ну-ка… Вот идут люди Леона Лэ в серых деловых костюмах, у них красные толстые шеи… у всех у них высшее образование, а в руке – чемоданчик…

И он тихонько спел, перебирая струны гитары:

Хихикнув, Рэгланд задумался над продолжением. Действительно, а почему бы не написать балладу про самого себя. Интересная идея, если подумать… Кстати, а почему такая мысль вообще пришла ему в голову?

Он целиком сосредоточился на балладе и потому не заметил, как в студию вошли трое мужчин в серых костюмах, с красными толстыми шеями. И направились прямиком к нему. А в руке каждый держал чемоданчик, да так, что сразу становилось понятно: да, у этого человека есть высшее образование, и чемоданчик ему носить не привыкать.

А ведь отличная баллада получается, подумал про себя Рэгланд Парк. Лучшая за все время. Он тронул струны и запел:

Рэгланд не успел допеть балладу. Главный агент опустил дымящийся пистолет, кивнул товарищам и сообщил в рацию на запястье:

– Передайте мистеру Лэ, что миссия завершена успешно.

Тоненький голос ответил:

– Отлично. Немедленно возвращайтесь в штаб-квартиру. Это приказ Самого.

Сам – это, конечно, Макс Фишер. Агенты ФБР прекрасно знали, кто отправил их на задание.

А ведь просто удивительно, как у нас получилось до него добраться. Все играло нам на руку – странно как-то. Почему?..

А может, у него просто пси-талант такой? Вовремя приканчивать кантри-певцов? Так подумал Макс и хитро улыбнулся.

А что? И да, не просто приканчивать, а внушать им мысль спеть балладу про собственную смерть…

Правда, теперь перед ним встала реальная проблема. Надо упрятать этого Брискина обратно в тюрьму. А это будет непросто, Ада – человек умный, наверняка он уже переправил Джим-Джема на какой-нибудь дальний спутник дальней планеты, на котором не действуют американские законы. Да уж, борьба предстоит долгая. Он, Макс, против этих двоих. И ведь они вполне могут его победить.

Он вздохнул. Ох, тяжелая же у него работа… Но ничего не попишешь, надо трудиться. И он снял трубку и набрал номер Леона Лэ.

Застонав, майор Хок велел секретарше принести из закрытых архивов досье на фнулов.

– И какую же форму они приняли на этот раз? – поинтересовался он.

– Крошечных торговцев недвижимостью, – ответил Лайтфут.

В прошлый раз, вспоминал майор Хок, они прикинулись подручными на бензоколонках. В этом-то вся и загвоздка: едва один из фнулов принимал какую-то специфическую форму, то же самое проделывали и все остальные. Само собой, полевым агентам ЦРУ распознать их было проще, но сами фнулы выглядели совершенно по-дурацки, а Хоку не нравилось воевать с дурацким врагом. Более того, это свойство имело тенденцию распространяться на обе воюющие стороны, не исключая даже собственных подчиненных Хока.