Дэлия почувствовала, как у нее задрожали ноги. Что с ней такое? Она не понимала, что происходит, никогда прежде не испытывала таких чувств. Не могла же она сознательно хотеть его? Тогда почему столь явственно, сильнее, чем когда-либо, сознавала, что перед ней мужчина? Она не сводила с него глаз. Высокий и сильный, он стоял перед ней с гордо поднятой головой; она почти физически ощущала, как играют мышцы у него под рубашкой, как увеличивается его член внутри узких брюк. Ей вдруг показалось, что комната наклонилась и опрокинулась назад. Она не видела ничего, кроме его силы и мощи, и страстное желание, которого прежде не знала, вспыхнуло в ней. Горящий внутри нее огонь был почти невыносимым. Сердце неистово билось, как барабаны в джунглях. Давление поднялось, заложив уши и заглушая все звуки, кроме биения собственного сердца. Она бессознательно затаила дыхание, боясь вздохнуть, чтобы не выдать своего желания.

От ненависти к самой себе из уголков глаз выкатились непрошенные слезы, и Дэлия яростно замотала головой. Не может быть, чтобы она хотела его.

Кого угодно, только не его!

Но она уже вкусила ощущение его мужской сути, и ее тело, отказываясь обращать внимание на воздвигаемые разумом преграды, уже готовило себя, смазывая ее для него. Она вдруг вспомнила, как давно не занималась любовью, – в последний раз это было в Каннах, с Жеромом. Но даже тогда она не испытывала такого всепоглощающего желания.

Господи, помоги мне!

Она в нерешительности застыла на месте, не в силах оторвать глаз от мускулистых очертаний его тела и ощущая исходящий от него жар. Как бы специально для того, чтобы привести ее в еще большую ярость, из нее вытекла новая порция влаги, покрыв бедра липким слоем. Халат из хлопчатобумажной ткани на груди натянулся, ясно обозначив соски.

Нет! Нет! Нет!

Наджиб встретился с ней глазами, его намерения были ясны без слов. Первобытный инстинкт, пронесенный сквозь тысячелетия, предупредил ее. Дэлия совершенно точно знала, какой выход найдет его ярость. Этим выходом для бушующих у него внутри страстей будет ее тело.

Она сделала глубокий вдох. Своими глазами он просто раздевал ее.

– Нет! – задыхаясь, вскрикнула Дэлия тряся головой. Почувствовав, что он собирается сделать, она непроизвольно отступила на шаг назад, затем еще, и еще.

Он наступал угрожающе медленно, и теперь она в самом деле испугалась за себя, увидев, как в глубине его глаз растет необузданный голод, а уголки губ тронула холодная, с трудом подавляемая жестокость.

– Итак. Тебе не терпится поиграть в насилие, – медленно проговорил он, слова мягко падали с почти неподвижных губ. – Хотелось бы знать… насколько сильным будет твое сопротивление.

– Не подходи ко мне! – дрожащим шепотом предупредила она, ненавидя себя за прозвучавший в своем голосе страх.

– А если я не послушаюсь?

Дэлия продолжала осторожно отступать назад, вытянув за спину руки, чтобы нащупывать препятствия. Обернуться она не могла, потому что не смела оторвать от него глаз.

– Ч-что тебе от меня надо? – дрожащим голосом спросила она.

– Тебе отлично известно, что мне от тебя надо. – Стоило ей сделать шаг назад, как он делал шаг вперед. – Ты считаешь меня слепцом? В твоих глазах я читаю страсть так же отчетливо, как если бы ты сама сказала об этом. Конечно, ты можешь притворяться, что отталкиваешь меня. Это часть игры, да? – В его голосе звучала язвительная насмешка.

– Не приближайся ко мне! – Краска поднялась от ее груди, залив сначала шею, а потом и лицо. Губы дрожали. – Я… Я убью тебя, если ты до меня дотронешься!

– Так убей! – В его черных глазах яростно полыхало пламя и, казалось, протянуло к ней свои язычки.