Шмария сделал глубокий вдох.

– Итак. Что будем делать? В данный момент наше правительство предпринимает попытки к примирению и обсуждению мирных договоренностей с нашими арабскими соседями. Из-за этого Израиль не осмелится применить военную силу, чтобы прорваться через границу и освободить Дэлию, поскольку это свело бы на нет все наши усилия обрести мир. Это даже могло бы вызвать войну в Заливе. – Шмария нахмурил брови и посмотрел на Наджиба. – Вы были правы, без разрешения моей страны и саудовского правительства это и в самом деле крайне щекотливое дело. – Он помолчал, взгляд его стал проницательным. – Если я не ошибаюсь, у вас уже есть план?

– Да, есть. – Наджиб возбужденно наклонился вперед, но голос его прозвучал тихо. – Что мешает группе наших людей перейти границу и освободить ее? Неофициально, разумеется.

– Вы имеете в виду… наемников? – оживился Дэни.

– Нет, нет! – Наджиб покачал головой. – У нас нет времени, для того чтобы набрать группу подготовленных людей. Нам нужна – и притом немедленно – самая лучшая группа захвата, которую удастся получить.

– Израильтяне, – проворчал Шмария. Это прозвучало как утверждение, а не вопрос.

Наджиб кивнул.

– Израильтяне. Но только без формы, в гражданской одежде. И никаких удостоверений личности. Само собой разумеется, если их поймают, вашей стране придется заявить, что о нашей попытке официальным властям ничего не было известно.

Шмария фыркнул.

– Немного же вы просите! Всего лишь, чтобы наши лучшие парни сложили свои головы в результате несанкционированного вторжения в частные владения! – Он, прищурив глаза, посмотрел на Наджиба.

– Я все понимаю, – ответил тот. – Но у нас нет выбора. Или это, или вообще ничего.

– Я боялся, что дело дойдет до чего-то в таком роде. – Шмария тяжело откинулся на спинку кресла. – Это очень трудно. Очень трудно.

– Не забудьте, что у нас почти нет времени, – спокойно предостерег его Наджиб. – Неделю назад Дэлия представляла интерес для Абдуллы. У него были на нее планы. Но с тех пор все сильно изменилось. Теперь, когда он носится с идеей священной войны, боюсь, он сочтет ее обузой и решит, что ему незачем больше сохранять ей жизнь. Он уже начинает тяготиться ею.

У Шмарии вырвался мучительный вздох.

– Итак, нам надо торопиться. Впрочем, как всегда. – Он задумчиво сдвинул брови, затем быстро перешел к делу. – Что еще, кроме людских ресурсов, нам необходимо, для того чтобы предпринять попытку освободить Дэлию?

– Оружие, – немедленно отозвался Наджиб. – И, учитывая сложившиеся обстоятельства, как можно меньше израильского оружия. Все остальное готово. На моей яхте есть вертолет, по моему приказу она сейчас находится у побережья Омана. Дворец оборудован взлетно-посадочной полосой, а у меня есть большой частный самолет. Кроме того, в самом дворце находятся два человека, приближенных к Абдулле, на которых мы можем рассчитывать. – Помолчав, он тихо добавил: – Операция должна быть осуществлена завтра ночью.

– Завтра? – изумился Шмария.

– Завтра! – Наджиб кивнул. – За исключением группы захвата, все готово. У меня есть план дворца, а те два человека, о которых я говорил, в назначенный час сделают то, о чем мы с ними договорились.