— Так что насчет Фреда Майнера?

— Я не видела здесь никого, кто подходил бы под ваше описание. Но это не значит, что он сюда не заходил. У меня были дела и поважнее, чем слежка за Молли Фоон. Вообще я смотрела и слушала через силу, по необходимости.

— Понимаю вас, мисс Трентон. Было очень любезно с вашей стороны ответить на мои вопросы. И у меня к вам осталось последнее дело. Здесь фотографии умершего человека. Не могли бы вы их посмотреть? Может быть, узнаете?

— Что ж, — проговорила она неуверенно, — если это так важно...

Я по одной стал передавать ей фотографии, на которых была запечатлена жертва майнеровского наезда. Она уставилась на них сквозь очки.

— Это Керри, — пробормотала она. — Я уверена, что это он.

— Точно?

— Да. В то воскресенье, когда он делал снимки, я заметила на его руке эту татуировку. Непонятно. Вы сказали, что Керри — один из похитителей. Но ведь он умер?

— Умер.

— Значит, он не тот, за кем вы охотитесь?

— Нет. Этого переехала машина.

— Какой кошмар. А я-то надеялась, что когда-нибудь он вернется за своей камерой.

— Я собираюсь забрать ее.

— Ради Бога, сделайте одолжение. — Женщина вскочила, оправляя юбку, и зло прокричала: — Не нужны мне сувениры от этой и ее дружков. Большое спасибо! Избавилась наконец-то от поганого мусора!

Я сказал:

— Спокойной ночи. Можете меня не провожать.

— Спокойной ночи.

Она включила радио. Повернув ключ в замке зажигания, я услышал, как в доме стонут и причитают голоса.

Цветная служанка в переднике открыла дверь и с подозрением уставилась на мой портфель.

— Мистер Ричарде дома?

— Не знаю. А вам что угодно?

— Скажите ему, что я пришел поговорить об ограблении.

— Вы из полиции?

— Ага. Добровольный помощник.

— Что же вы сразу не сказали? Входите. Думаю, он вас примет.

Она провела меня в комнату с высоким укрепленным балками потолком, стены которой были заставлены шкафами с книгами. Но, глядя на эти роскошно переплетенные фолианты, становилось понятно, что их ни разу не брали в руки. Было похоже, что их оптом закупили, поставили в соответствии с обстановкой и позабыли напрочь.

Внезапно от двери ко мне, наклонившись вперед под углом градусов в 30, ринулся маленький, круглолицый, с белесыми волосами человечек. Видимо, он свыкся со столь неудобным способом передвижения. Подскочив, человечек энергично потряс мою ладонь.

— Рад вас видеть, сержант, всегда рад видеть представителя вашей славной организации. Потрясающая у меня здесь библиотека, да? Одних книжек на пять тыщ. Жаль, времени нет все это прочитать. А вон тот орган в нише тянет на три пятьсот. Садитесь же! Хотите что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо. И кстати сказать, я не полицейский, а офицер по надзору за условно осужденными. Фамилия Кросс.

— Ясненько, — произнес он с таинственным видом. — Я преклоняюсь перед тем, что вы, ребята, делаете. Сигару?

— Нет, благодарю.

Он зажал в кулаке тонкую длинную бледно-зеленую сигару и сунул ее в рот.

— Вы не представляете себе, от чего отказываетесь, — нахваливал он. — Их специально изготавливают для меня на Кубе. Стоят — четыре с половиной сотни за тыщу. А тыщу я скуриваю за два месяца. Вы, конечно, можете подумать, что здоровье у меня никудышное, но нет, сэр. Ставлю на кон и выигрываю.