Родители Мины относились к Питеру с большой симпатией, и неудивительно – этот молодой человек мог стать настоящей «каменной стеной» для их дочери. Отцу Питера, Рику Нильсону, тоже нравилась хорошенькая и рассудительная Мина, которая никогда не лезла в карман за острым словцом. В общем, все были довольны, и никакого смысла оттягивать помолвку не было. Тем более, Питер и Мина знали друг друга с самого детства и уж точно успели свыкнуться с привычками друг друга.

 Узнав об этой новости, Фрэд Миглс покосился на дочь и укоризненно покачал головой:

 – Э-эх, – с досадой произнес он. – Какого парня прозевала!

 Вик только улыбнулась этим словам:

 – Как можно было прозевать то, что никогда мне не предназначалось?

 На этот вопрос Фрэду нечего было ответить. Он только покачал головой, отвечая своим мыслям, а мысли эти были далеко не радужными… Вик не замечала настроения отца, но ей было совершенно не до этого. Ее голова и сердце были заняты исключительно мыслями о Габе, который проявлял к ней столько внимания, что Вик боялась сойти с ума от счастья.

 Прошло всего несколько дней с того четверга, когда Габриэль побывал в ее доме. После этого они виделись почти каждый день. Габриэль, как бы случайно, оказывался неподалеку от ее дома, когда Вик ходила за водой, как бы случайно сталкивался с ней около дома Анны… Все эти «как бы случайности» привели к тому, что Вик уже не могла думать ни о ком, кроме этого длинноволосого красавца с глазами-топазами.

 Она понимала, что влюбилась безрассудно, неосмотрительно, так же, как ее сестра влюбилась в Эмиса. Но Эмис был человеком совершенно другого склада, нежели Габ. Он был куда грубее, проще, понятнее. Габриэль же пленил Вики своей изящной непосредственностью, которая, правда, иногда казалась ей хорошо продуманной игрой. Но в такие минуты «слабости» Вик думала, что эти мысли – защита, стена, которую ее рассудок выстраивает для того, чтобы не дать сердцу окончательно попасть в плен. Разве этот чудесный, умный, добрый, замечательный мужчина может играть? Разве в его глазах не написана искренняя, неподдельная симпатия к ней? Вик снова и снова заглядывала в дымчатые глаза Габриэля и чувствовала, что никак не может добраться до их дна. Они словно не пускали ее внутрь, словно прятали от нее что-то, чего ей не нужно было видеть…

 Перед отмечанием помолвки Мина устроила в своем доме подобие «девичника», на который позвала Вик, Анну и еще нескольких девушек, фермерских дочек.

 Все девушки оживленно болтали, засыпая Мину своими наивными советами, касающимися общения с женихом, и только Вик сидела молча, думая о чем-то своем. Мина и Анна переглянулись. Они неплохо знали Вик и поняли, что их подруга размышляет над какой-то серьезной проблемой. Для них не были секретом частые встречи Вик с Габриэлем Ланкетом, поэтому они вполне логично предположили, чем может быть вызвана задумчивость Вик.

 Девушки подошли к подруге, но Вик не сразу их заметила.

 – Твое печальное лицо мне совсем не нравится, – констатировала Мина. – У меня такое чувство, что ты не рада моей помолвке…

 – Ну что ты, я очень рада за вас с Питером, – поспешила возразить Вик. – Правда, вы оба оказались такими скрытными…

 – Насчет скрытности я бы поспорила, – усмехнулась Мина.