Обернувшись, я заметил, как хитро блестят ее глаза. Господи! Она поняла все это раньше меня!

- Ты и сама знаешь, - ответил я и, уже у порога, снова повернулся и добавил:

- Спасибо, тетя! Я тебя люблю!

Путь до кабинета, где работал Миронов, я проделал почти бегом. Не терпелось расквасить эту лживую морду и выжать из него признания в том, что мне самому уже было достаточно очевидно!

- Да я на этом столько бабла срубил, что теперь могу до конца жизни не работать! - услышал я голос этой мрази в тот самый момент, как распахнул дверь.

Окинув взглядом кабинет, обнаружил там, помимо вальяжно раскинувшегося в кресле Миронова, только кавалера Репиной Ларионова. Жестом приказав ему выйти, я в пару шагов сократил расстояние до Миронова и, когда он при виде меня испуганно откатился к стене, отчеканил:

- Тебе очень повезло, гаденыш, что ты где-то срубил бабла. Потому что с этого самого момента в моей фирме ты не работаешь!

Подойдя к нему вплотную, я схватил его за грудки и угрожающим тоном добавил:

- Теперь тебе будет на что подлечиться! Ибо если ты мне сейчас же не расскажешь, кто тебе заплатил за то, чтобы подставить Веру, я тебе мозги вышибу!

- Н-не понимаю, о чем вы.... - пробормотал Миронов и, не выдержав этого жалкого зрелища, я занес руку и врезал ему по морде так, что он трахнулся головой об стену.

- А теперь? Память возвращается или еще добавить?

- Я ни в чем не виноват! - завопил он: пытаясь отползти на коленях к двери.

- Ну да, а бабло ты в лотерею выиграл! - оскалился я и: рывком подняв его на ноги: предупредил сквозь зубы:

- Я и так уже все знаю, идиот И чем быстрее ты признаешься в том, кто тебе заплатил, тем меньше пострадает твоя мерзкая физиономия! Ну?!

Я с силой встряхнул Миронова, придавая скорости его мыслительной и речевой деятельности. На самом деле я, конечно, не мог ничего знать точно. Но одно то, как эта паскуда сейчас тряслась от страха, говорило обо всем лучше всяких слов.

- Ладно! - заскулил он, прикрывая руками лицо. - Все это мне предложила сделать Прилепская!

- Кто? - не сразу понял я, от удивления ослабив хватку.

- Ну эта... Марианна!

Не выдержав, я рассмеялся. Получилось резко и зло. Ну конечно же! У кого еще могла быть подобная фамилия? Только у девицы, которая настырно липла к тому, кому была нахрен не нужна!

- Прекрасно, - ответил я с показным спокойствием и отпустил Миронова, уже почти повисшего безвольно на моих кулаках.

Но ненадолго. Едва этот урод выпрямился и отвел руки от лица, я от всей души вмазал ему в глаз.

- За чтоооооо? - заскулил он, а я, схватив его за воротник рубашки, процедил:

- За оскорбление Веры! Не ты ли вчера хвастался, что трахал ее во всех позах? Может, язык тебе вырвать? - добавил задумчиво и с садистским удовольствием наблюдал, как пока еще целый глаз Миронова начал нервно дергаться.

- Я просто пошутил! - завопил он, почти переходя в хныканье.

Я смотрел на него и испытывал чудовищное отвращение. Но не только к Миронову, но и к самому себе в большей степени. Господи, почему я сразу не выбил дурь из этого мудака?!

- Это ты скажешь Вере: - произнес угрожающе в ответ и, снова схватив Миронова за воротник, поволок его к кабинету, где работала Красникова.

Часть 42. Руслан

В этот момент я не замечал вокруг себя вообще ничего! Наверняка все глазели на меня, перепачканного кровью Миронова. На него, едва мной не придушенного. Но самым важным сейчас было только то, что подумает Вера. И захочет ли она меня слушать после всего, что было.

Втащив Миронова в кабинет девушек, я бросил его к ногам Веры и скомандовал:

- Извиняйся, с*ка!

- Что происходит? - испуганно спросила Красникова, вскакивая на ноги.

Черт! Притащить к беременной женщине избитого мужика было не столь уж великолепной идеей.