– Тем не менее, у меня не может не вызывать тревоги то обстоятельство, что я ссуживаю деньги людям, которых никогда не видел, – настаивал я.

– Послушайте, если вам недостаточно тщательнейшего расследования Комиссии по контролю за азартными играми, то вам невозможно угодить, – недовольно бросила Кэти.

Разговор стал раздражать меня всерьез. В конце концов, я – покупатель, и я не намерен покупать эти облигации, пока не буду совершенно убежден в надежности казино, его владельца и всего игорного бизнеса.

Кэш почувствовал перемену в моем настроении. Он никогда не стал бы ведущим агентом «Блумфилд Вайс», если бы в его арсенале были только методы грубого навязывания. Облигации нового выпуска обещали рекордные комиссионные, и Кэш приготовился к долгой борьбе. Он будет пытаться продать облигации, даже если его шансы на успех будут не больше, чем пятьдесят на пятьдесят.

– Послушай, Пол, вы купите облигации, если мы дадим удовлетворительные ответы на все твои вопросы?

– Тогда мне нужно будет еще подумать. Но в таком случае вполне вероятно, что я их действительно куплю, – ответил я.

– Отлично. Тогда у меня есть два предложения. Во-первых, примерно через две недели Ирвин Пайпер будет в Лондоне. Я его знаю. Это птица высокого полета. Возможно, мне удастся договориться о встрече. Неофициальной. Это тебя устроит?

– Это было бы очень полезно. Спасибо.

– Хорошо. Завтра я тебе позвоню и скажу, где и когда. Во-вторых, я бы хотел напомнить о нашей годичной конференции по высокодоходным облигациям. Она состоится в Финиксе в начале сентября. По окончании конференции можно будет заглянуть в Лас-Вегас и познакомиться с руководителями других компаний, выпускающих высокодоходные облигации. Что ты об этом думаешь? Там должно быть интересно. Мы с Кэти тоже собираемся.

– Что ж, весьма признателен, – ответил я. – Мне нужно будет поговорить с Хамилтоном, но предложение кажется заманчивым. Возможно, мне удастся встретиться там и с директором того ссудо-сберегательного банка, о котором говорила Кэти.

Голубые поросячьи глазки Кэша с минуту вопросительно смотрели на меня. Потом он неловко прокашлялся и опустил глаза на свои сцепленные пальцы.

– Прошу прощения, конфиденциальная информация. Понимаю, – сказал я, хотя, признаться, не вполне понимал причину беспокойства Кэша.

На этом разговор закончился.

Как только за Кэшем и Кэти захлопнулись двери лифта, Роб повернулся ко мне.

– Вот это да! Настоящая красавица, согласись! А ноги, какие ноги!

Насчет ног я не спорил. У меня вызывала сомнения обладательница этих ног.

– Она в твоем духе, Роб. Разговаривает почти надменно. Рядом с ней даже Кэш выглядит ласковым котенком.

– Тебе просто не понравилось, что она вывела тебя на чистую воду, – возразил Роб. – Совершенно очевидно, что ока знает свое дело. Красива и к тому же умна. Я почти уверен, что все время она смотрела только на меня. Думаю, надо ей звякнуть и спросить, что она делает вечером.

– Должно быть, ты свихнулся. Она проглотит тебя живьем, – заметил я.

Впрочем, я понимал, что зря сотрясаю воздух. Когда дело доходило до женщин, Роб неизменно сходил с ума и, возможно, ничего не имел против того, чтобы его съели с потрохами.

Мы вернулись в операционную комнату. Меня подозвал Хамилтон.

– Как переговоры? – поинтересовался он.

– Довольно успешно, – ответил я. – Мне придется еще изрядно поработать, но в конце концов я, скорее всего, соглашусь на покупку облигаций. – Я посвятил Хамилтона в детали нашего разговора. – Определенно стоит встретиться с владельцем казино. Кроме того, Кэш пригласил меня на их конференцию по высокодоходным облигациям.