Ветки под тяжелой тушей животного захрустели, а земля едва ощутимо задрожала. Я прижал правый локоть к корпусу, направив меч вперед и стараясь не отвлекаться на боль в запястье. Активировал «Временное расширение» и начал сползать вниз. Медведь через несколько секунд оказался передо мной, и я использовал «Сверхскорость». Когтистая лапа рванула по стволу ели с такой неистовой силой, что дерево затряслось, но меня уже там не было. Треск разлетающихся щепок зазвенел в ушах непрерывной нотой. Я протиснулся вниз, под тушу животного, вонзил меч как можно глубже в брюхо, почти по самую рукоять, хотел вырвать оружие, но оно не поддалось. Животное оглушительно заревело, на удивление быстро развернулось и начало наносить смертельный удар лапой. Я отпустил рукоять и отскочил в сторону, едва не нарвавшись на убийственные когти, которые прочертили четыре глубокие борозды на нагруднике.

Медведь опять пронзительно взревел, но на этот раз из его глотки вырвалась не только ярость, но и страдание. Я попятился, ловким движением сорвал с плеча гарпуномет и выпустил дротик, не особенно-то целясь — сделать это непросто, когда твой противник — желто-красное пятно. Когда снаряд вонзился в плоть зверя, я отсоединил наноцепь, подбежал к ближайшему дереву и начал быстро обматывать ее вокруг ствола. Оставшиеся свободными полметра цепи спутал между собой и закрепил.

Но тут наноцепь сначала натянулась, а потом стала расслабляться. Хищник ринулся в мою сторону. Я бросил свое занятие, закинул гарпуномет на плечо и побежал в другую сторону.

Передвигался я намного быстрее, чем медведь, поэтому оторвался от него быстро. Но тут действие «Временного расширения» закончилось, а за ним деактивировалась и «Сверхскорость», и медведь ускорился.

Дышать было настолько тяжело, что мне казалось, что я вот-вот задохнусь. Но снимать маску нельзя, ПАГ повсюду.

Я споткнулся о поваленный ствол дерева и рухнул на землю. Визор соскользнул с мокрой от пота головы и улетел в сторону. Глаза не успели привыкнуть к темноте, поэтому я окунулся в почти полный мрак. Ударился правой рукой, тупая боль пронзила запястье. Поелозил левой ладонью по ближайшему пространству, но кроме сухих веток и хвои, ничего не нащупал.

Медведь был уже близко, я слышал его тяжелое дыхание и ощущал рвущуюся наружу ярость. Надеть шлем я уже не успевал. Все решали секунды. Я пополз задом, словно рак, попутно стараясь сконцентрироваться на пси-воздействии. И почти сразу врезался спиной в ствол дерева. «Увидел» сознание зверя, пылающее яростью и изнывающее от боли, а еще жаждущее мести. Отправил ему пси-сигнал, в который вложил приказ успокоиться, но то ли в впопыхах что-то сделал не так, то ли силы пси-сигнала оказалось не достаточно, но хищник не отреагировал на него.

Вот он уже оказался надо мной, я почувствовал жаркое дыхание из его пасти. Как вдруг зверь дернулся, словно ударился в незримую преграду, а позади него чуть слышно зазвенела от напряжения наноцепь. Похоже, он натянул ее до предела. Медведь захрипел и жалобно заревел — похоже, засевший в его теле дротик, да и вонзенный в живот меч, причиняли боль. Пастью он до меня дотянуться не мог, поэтому начал остервенело махать лапами. От пяти ударов подряд я увернулся, а вот от шестого — не успел. Но разящие когти не попали по лицу, как я ожидал, а ударили по кислородной маске, сорвав ее вместе со скрепляющими лямками. Свежий прохладный воздух, насыщенный хвойным ароматом, сыростью и отравляющим мозг газом, с хлюпаньем ворвался мне в легкие.

Внимание! В воздухе обнаружено низкое содержание ПАГа

Наноцепь зазвенела, и медведь чуть продвинулся вперед. Задними лапами он уперся в землю, а передними беспрестанно махал, упорно стараясь дотянуться до меня. Время от времени опускался на все четыре, пытался оттолкнуться, чтобы броситься вперед, но наноцепь не позволяла сделать ему и полшага.