Мик припарковал машину за углом и поспешил назад, к «кугару». Когда он приблизился к стоянке, из машины вышел высокий темноволосый парень со смуглой кожей. Мальчик внимательно рассмотрел его, пока тот запирал машину на ключ. Парень выглядел не старше двадцати лет, одна бровь у него была рассечена надвое.

— Эй, послушай! — крикнул Мик, дружелюбно улыбнулся и шагнул навстречу темноволосому. — Винни Медзатеста?

Тот обернулся:

— Чего тебе, пацан?

— Да ничего особенного, — отозвался Мик и со всей силы ударил Винни в солнечное сплетение.

Тот мгновенно согнулся пополам от боли и неожиданности, и мальчик быстро оттащил его в темный, узкий переулок. Прижав Винни к стене, он ударил его по лицу.

— Эй ты, задница вонючая! Винни Безмозглый, ты меня слышишь? Меня зовут Мик Леонфорте! Слышишь, Леонфорте, осел ты этакий!

— И что с того, черт тебя дери? — задыхаясь, промычал парень.

— А вот что, — процедил Мик и с силой ударил его в пах.

Винни застонал и рухнул на землю. Мальчику пришлось поднять его и поставить спиной к стене. Он бил его по щекам до тех пор, пока тот не открыл налитые кровью глаза и не увидел нацеленное на него дуло пистолета.

— Так это ты убил моего деда?

Винни непонимающим взглядом уставился на пистолет.

— Пацан, да ты что, сбрендил?

— Это сделал ты и еще один ублюдок, который был в ту ночь с тобой! — убежденно произнес Мик.

— Ах ты, сосунок, знаешь, на кого я работаю? Мой хозяин — Джино Скальфа! Как только ему станет известно, что ты посмел вмешаться в его дела, можешь считать себя покойничком!

Мик приставил дуло пистолета к шее Винни и, глядя ему в глаза, одним движением выхватил из-за пояса кривой резак и вонзил его по самую рукоятку в правую коленную чашечку парня. Раздался звук рвущихся связок и сухожилий, хруст раздробленного сустава.

Винни заорал и задергался, как лягушка над пламенем костра. Мальчик видел, что от боли его зрачки сузились до микроскопических точек, и, когда он отпустил его, парень безвольно сполз вниз.

— О, Иисус и Мария, — стонал он, раскачиваясь из стороны в сторону, — ты только посмотри, что ты сделал с моим коленом.

— Да, Винни Безмозглый, теперь ты уже никогда не оправишься от этого.

Мик опустился рядом с ним на колени и, не глядя на кровь и осколки костей, выпиравших сквозь разрезанную кожу, сказал:

— Ты убил моего деда, и мне плевать на то, как тебя зовут, на кого ты работаешь и в какую церковь ходишь!

Он приставил дуло пистолета к левому виску Винни:

— А сейчас я тебе вышибу мозги!

До Винни наконец-то дошло, что ему грозит смерть, и с него слетела всякая бравада.

— Я не делал этого! — завопил он, все еще раскачиваясь из стороны в сторону. — Я только сидел за рулем этого «кугара». Убил другой!

— Кто убил, говори, мерзавец!

— Слушай, парень, да ты понимаешь, что со мной будет, если я тебе скажу его имя?

Спокойным и уверенным движением Мик снова вонзил лезвие ножа в коленную чашечку Винни, и тот снова заорал и забился, пытаясь освободиться. Мик сильно ударил его по щеке рукояткой пистолета.

— Так кто нажал на курок?

Мик был уверен: парень врет, что не причастен к убийству, он видел две тени и вспышки выстрелов из двух пистолетов.