Посмотрев на часы, Дороти-Энн повела своего спутника в последний.

— Нам лучше сначала осмотреть этот, — решила она. — Иначе мы окажемся под «душем». Система водоснабжения компьютеризирована, и поверьте мне, когда здесь «идет дождь», то льет как из ведра!

Они прошли табличку, предупреждающую, что дети до восемнадцати лет могут пройти только в сопровождении взрослых. Другая надпись гласила:

«ОПАСНОСТЬ! РАСТЕНИЯ МОГУТ БЫТЬ ЯДОВИТЫ!

НЕ ПРИКАСАТЬСЯ».

Хант удивленно поднял бровь.

— Разве это не слишком мелодраматично?

Дороти-Энн покачала головой:

— Вовсе нет. Пойдемте, я вам покажу.

Тропинка, покрытая ковром из похожей на мох селягинеллы, оказалась мягкой и пружинила под ногами. Она вилась серпантином среди плотной, роскошной тропической зелени. Кокосовые пальмы, банановые деревья с огромными листьями и гигантские папоротники частично пропускали яркий солнечный свет и служили опорой для тысяч цветущих растений. Были здесь раскрывшиеся орхидеи всех размеров, огромные гибискусы и «райские птички» с остроконечными лепестками. Каждый изгиб тропы открывал взгляду новые красоты и захватывающую дух палитру красок.

— Господи! — воскликнул Хант. — Вам, наверняка, требуется ботаник на полную ставку!

Дороти-Энн улыбнулась:

— В штате на самом деле есть один.

— И он, конечно, очень занят.

— Она, — мягко поправила его Дороти-Энн. — И она, действительно, занята. Обратите внимание на орхидеи. У нас только этих цветов тысяча разновидностей. Многие из них специально собирали в Бразилии и высаживали здесь.

Уинслоу удивленно покачал головой.

— Вы должны очень гордиться этим местом.

На лице Дороти-Энн появилось задумчивое выражение:

— Я гордилась, — спокойно согласилась она. — Но по совершенно очевидным причинам я не настолько им горжусь именно сейчас.

Они прошли еще немного, и Хант остановился, чтобы рассмотреть кисть восковых цветов, падающую с бромелии.

— Интересно, правда? Появляется соблазн забыть, сколько растений являются паразитами.

— Да, но Vriesea simplex не настоящий паразит, — отозвалась Дороти-Энн. — Согласна, она цепляется за деревья, но это не воздушное растение. Ему не требуется поддержка дерева-«хозяина». А сейчас, вспомните о предупреждающих надписях и посмотрите вон туда…

— Да, и что же насчет них?

Все еще держа мужчину под руку, она провела его чуть дальше по дорожке, потом остановилась и показала на большой, бросающийся в глаза красно-желтый цветок.

— Смотрите, это Gloriosa superba, вьющаяся лилия с острова Цейлон. Ее корень похож на ямс, но горе тому, кто его съест. Он содержит смертельный яд.

Хант не сводил глаз с лилии, напоминающей языки пламени.

— Очень похоже на одну знакомую мне женщину, — пробормотал он. — Если посмотреть — красавица, но по сути настоящая отрава.

Дороти-Энн пристально посмотрела на него. Ее спутник явно намекал на свою жену. «Его брак и вправду должен быть адом», — решила молодая женщина, и ее сердце раскрылось навстречу Ханту.

Но вслух она произнесла:

— Вероятно, теперь вы сможете оценить все эти предупреждающие надписи.

Уинслоу улыбнулся.

— И не только это. Я теперь больше не смогу по-прежнему относиться к цветам. Напомните мне, чтобы я вам их больше не присылал.

— Розы — вот всегда безопасный вариант, — рассмеялась Дороти-Энн.