— Розы — вот всегда безопасный вариант, — рассмеялась Дороти-Энн.

— Тогда я буду хранить верность розам.

Они пошли дальше, и во время прогулки Хант рассказал Дороти-Энн о бедственном положении Кевина Уитмора.

Она слушала его с ужасом.

— Бедный ребенок! — воскликнула женщина негромко. — Как будто страданий от синдрома Дауна не достаточно! Его родители, должно быть, с ума сходят!

Уинслоу подумал о Мидж и Джо Уитморах.

— Что самое удивительное, они держатся настолько хорошо, насколько могут. В особенности Мидж. Просто воплощение силы.

— Но ведь это… бесчеловечно!

— Да что говорить! Вы бы видели эту тюрьму. Это просто преддверие ада. Но знаете, что меня беспокоит больше всего?

Дороти-Энн покачала головой.

— Шеф полиции Суньига! — Имя гневно сорвалось с его губ. — Несмотря на письмо губернатора, которое я ему лично доставил, он все еще отказывается отпустить Кевина! Этот сукин сын исполнен решимости держать паренька до тех пор, пока не получит письменных инструкций прямо из Оаксаки. Можно подумать, доставленная мной копия вызывает подозрения!

Дороти-Энн тяжело вздохнула и посмотрела на гроздь цветов-мухоловок с зелеными лепестками из Малайзии. Ее голос звучал очень тихо:

— Уже не первый турист имеет здесь дело с Суньигой. Когда-нибудь он зайдет слишком далеко. Но я не могу понять…

— Чего?

Дороти-Энн повернулась к Ханту.

— Почему никто не сообщил мне об Уитморах.

— Это просто. Они остановились не в этом отеле. Здесь несколько… гм… слишком дорого для их кошелька.

Дороти-Энн кивнула.

— А вы? — Она смотрела прямо в глаза Ханту. — Я не проверяла книгу регистрации. Вы остановились у нас?

Слабая улыбка изогнула его губы.

— Разумеется.

— Слушайте, слушайте, — в ее голосе зазвучала легкая насмешка. — Вы не испугались возможности подцепить сальмонеллу?

— На самом деле, я хотел снять комнату в том же отеле, где живут Уитморы, но там все занято. Тогда я попытал счастья здесь.

— Где вы могли занять половину отеля, — с гримаской продолжила она.

Уинслоу промолчал.

Дороти-Энн смотрела вдаль.

— Эта проклятая эпидемия! Вы стараетесь все предусмотреть, но… — Она беспомощно пожала плечами.

— Несчастные случаи будут всегда, — мягко заметил Хант.

Молодая женщина тяжело вздохнула.

— Они и так уже произошли. В особенности со мной. Иногда я думаю… — ее голос прервался.

— Да? О чем вы думаете?

Дороти-Энн покачала головой.

— Это может подождать. Кроме того, я и так вас задержала. Если мы не двинемся дальше, Уитморы решат, что вы их бросили. Вот что я вам скажу. Почему бы мне не взять одну из машин отеля и самой не отвезти вас в полицейский участок?

Двадцать минут спустя.

Дороти-Энн нажала на тормоз белого «себринга» с откидным верхом и остановилась у безлюдного здания полиции. Хант отстегнул ремень безопасности, вышел из машины и хлопнул дверцей.

— Спасибо, что подбросили, — поблагодарил он, не отпуская руки.

Дороти-Энн ответила улыбкой из-под темных очков.

— Мы стараемся угодить. В конце концов, вы редкий для этих мест товар — гость, который платит.

— Мы поговорим попозже?

Она кивнула и посмотрела сенатору вслед, когда тот пошел к зданию. Но прежде чем миссис Кентвелл успела отъехать, двери участка распахнулись, и раздался возбужденный женский крик:

— Мистер Уинслоу! О мистер Уинслоу!

Воздух, казалось, забурлил от счастья.