— Что толку? Я вышла рано утром и ничего не нашла, кроме мешка с золотом. Но что мне с ним делать? Я не могу хранить его у себя.

— Почему? До выяснения дела деньги надо спрятать.

— Послушайте, наверняка это был преступник, и я знаю, он вернется за золотом. Вы слышали какие-нибудь сообщения о грабежах по соседству?

— Нет, и ума не приложу, зачем ему залезать в ваш сад. И все же я сегодня же наведу справки в деревне… Потихоньку. Лучше всего помалкивать о вашей находке.

— Разве вам не кажется, что происходит что-то странное? Ах, все это добром не кончится!

— Вы нашли золото! Получили награду, а не наказание. Единственное неудобство — это потревоженный ночной сон. Многие бы захотели оказаться на вашем месте, кузина!

— Да, золото, принадлежащее какому-нибудь убийце или контрабандисту, который обязательно вернется за ним с ножом в зубах! Сущий пустяк! Почему только я дрожу всякий раз, когда думаю об этом? Надо спрятать деньги в какое-нибудь укромное место! Не возьмете ли вы их себе?

— Говорите, что у вас не богатое воображение? — спросил де Винь с насмешливой улыбкой. — Нож в зубах, конечно… — Барон положил мешочек на диван между ними. — В кабинете стоит стальной ящик. Давайте сейчас же положим деньги туда.

Но, обыскав весь кабинет, они не нашли ключа от ящика, поэтому де Винь захватил мешочек с собой в деревню. Сделано это было втайне от Бобби, поехавшей вместе с ними. Девочка всю дорогу забавляла дядю рассказами о феях, в то время как Делси испуганно посматривала на него, словно желая сказать: «Я же вам говорила!»

Делси впервые въехала в деревню в карете, и все взоры устремились на нее. Она почувствовала себя принцессой из волшебной сказки. Карета остановилась возле «Венецианской портьерной лавки», единственного хорошего магазина в деревне. В основном лавку посещало дворянство, так как все товары, а особенно цены на них, были недоступны простым сельским труженикам. В бытность учительницей Делси иногда заходила сюда за кружевами или лентами, а чаще — чтобы полюбоваться на изящные вещи. Свои покупки она делала в магазине Болтона, расположенном напротив и привлекавшем более простых покупателей.

Обычно, заходя в «Венецианскую портьерную лавку», Делси чувствовала себя не в своей тарелке. Продавец, глядя на нее свысока, высокомерным тоном интересовался, желает ли она что-то купить или зашла просто «посмотреть»?

Де Винь, войдя в магазин, обратился к хозяину: — Миссис Грейшотт откроет у вас счет. Позаботьтесь, чтобы к ней отнеслись с должным вниманием!

Вот и все.

Этого оказалось достаточно, чтобы продавец залебезил перед ней, что оказалось еще неприятнее, чем былое пренебрежение. Он угодливо обращал ее внимание на различные товары, но Делси очень обрадовалась, когда в магазине появилась леди Джейн и отослала продавца, сказав, что они сами выберут все, что им нужно. Де Винь удалился, и дамы начали увлеченно рыскать по магазину. Первое, что следовало приобрести, были ткани для Бобби, потому что гардероб девочки срочно нуждался в обновлении. Леди Джейн, неисправимая любительница экономить, громко сетовала по поводу высоких цен, и, похоже, была совершенно права. За честь лежать на полках «Венецианской портьерной лавки», а не в магазине Болтона, цена муслина была удвоена. Дамы быстро приняли решение купить прозаичные товары у Болтона, а здесь приобрести только предметы роскоши. Но какие предметы! Шелковые чулки, тончайшие крепы и бархаты для платьев, кружева, ленты и невероятной красоты великолепные пуговицы, каждая с драгоценным камнем. Выбрав ткани для Бобби, Делси с удовольствием принялась выбирать для себя. Она решила сшить себе три новых платья, подходящих к ее новой роли, но при таком изобилии великолепных товаров не смогла ограничиться менее чем четырьмя — двумя дневными и двумя вечерними.