— Майрам! — проговорил Шаккар, проваливаясь в темноту.

Её имя и образ было тем, что удерживало человека оттого, чтобы не вернуться к жуткому облику страшного змея.

Теряя сознание, он понимал только одно: нельзя позволить Малаху возобладать над его душой.

Тахира пришла в себя и обнаружила, что находится в темноте тёмной клетки. Лёжа на сухой траве, служившей своеобразной подстилкой, она ощутила непонятый страх. Воздух был пропитан холодом и запахом сырости и плесени, а когда девушка прислушалась, то различила звук воды, стекающей по стене и треск пламени. Где-то там, впереди, в темноте маячил свет и этот свет двигался, не стоял на месте, то приближаясь, то отдаляясь.

«Где я?» — подумала девушка и вспомнила руки жреца, ухватившие её и утянувшие в темноту. В ту самую, где она, скорее всего, сейчас и находилась.

— Акрам! — проговорила вслух и заметила, как дрогнуло пламя там, впереди. Это просто не мог быть её Акрам. Муж никогда не запер бы её в клетку, словно дикого зверя. Исхан. Вот кто сделал это. Проклятый жрец обладал скрытой магией, о которой умалчивал все эти годы, пока жил рядом в Хайрате, оберегая свой храм. Тахира знала, что магия почти ушла из её мира и теперь слишком редко рождались наделённые силой, такие, как Давлат. Впрочем, отец говорил и не раз, что у мудреца всего лишь капля силы, но, видимо, этой капли хватило, чтобы захватить её родной дом и расправиться с огромным войском брата. А ведь когда-то Тахира считала Шаккара непобедимым!

Сейчас она, как никогда раньше, верила в гибель брата.

В груди все сжалось от боли, и принцесса вздохнула, заметив, что свет постепенно приближается, становясь вся ярче. Вот в жёлтом кольце проявилась и тёмная фигура. Даже не разглядев незнакомца, Тахира поняла, кто это.

— Очнулась? — Исхан приблизился к клетке, поднял высоко над головой факел, уставившись в лицо девушки.

Тахира молчала.

— Итак вижу, что очнулась! — продолжил он. — Голова не болит? — спросил.

— Отпусти меня! — не попросила, приказала принцесса.

Улыбка, более похожая на жуткий оскал, исказила рот жреца. Его глаза вспыхнули ярким плавленым золотом. Ещё ни у кого Тахира не видела подобных глаз, и они пугали и одновременно завораживали её. Только не было в глубине золотого взгляда тепла и добра. Слишком холодны они оставались.

— Я не могу тебя отпустить! — проговорил жрец. — Ты моя добыча и моя приманка. Я использую тебя, и ты дашь мне больше, чем я мог рассчитывать.

— Что я тебе могу дать, глупый человек? — удивилась она, уже давно жалея о том, что он повстречался на пути отряда Акрама.

— Мне нужна ты и то, что ты носишь внутри себя! — ткнул пальцем в направлении живота принцессы Исхан.

Она нахмурилась, непонимающе глядя на мужчину.

— Ты сумасшедший! — только и смогла сказать.

— Эта змея будет идеальной! — жрец смотрел только на её живот. — Она родится змеёй и будет принадлежать мне.

Тахира сглотнула, ещё не совсем понимая его фразу, но постепенно проникаясь смыслом. Она опустила ладони и положила их на свой плоский живот. На миг показалось, что под рукой дрогнуло сердце...ещё одно сердце. Этого просто не могло быть, даже если она и понесла от мужа, ребёнок не мог ещё шевелиться в её утробе.

— У меня будет дитя Акрама! — произнесла она.

— У меня будет дитя Акрама! — поправил её Исхан и ужас охватил принцессу.

— Нет! — покачала она головой. — Этого не может быть. Я не позволю!

— Позволишь! — уверенно произнёс жрец.

— Мой муж и его люди найдут меня и убьют тебя, — она вернула голосу былую уверенность.