Он шагнул вперед, направляясь вдоль алтаря.

— Ты носишь в себе мое будущее. Моя кровь превратить твое дитя в истинного наследника Великого змея, — глаза вспыхнули золотом, — это будет моя царица, рожденная змеей, а не созданная с помощью моей крови.

Сердце принцессы сжалось.

— Ты не посмеешь! — прорычала она.

— Для обряда мне нужны жертвы, — глаза жреца продолжали светиться. — И много крови. Человеческой крови, так что, нам осталось лишь немного подождать, пока твои спасители придут сюда. А я. — он едва сдерживал смех, — а я позабочусь о том, чтобы встретить их так, как полагается.

— Что ты влила ей? — спросил спокойной Давлат, когда они остались вдвоем с Наимой. Сарнай унесли в подземелье, где когда-то находилась принцесса Майрам, и приковали цепями, дожидаясь пробуждения воительницы. Наима настояла, чтобы несколько стражников находились при первой жене постоянно и время от времени сообщали правителю Хайрата о том, что происходит с Сарнай.

— Я уже говорила тебе, повелитель! — ответила ведьма. — Это была кровь Великого Змея!

— Говорила! — согласился он. — Но откуда? Где ты взяла ее?

— Нашла в подземной пещере, — призналась женщина. — Вопрос только в том, откуда эта кровь взялась у жреца. Хотя у меня есть одна догадка, но она кажется слишком... — и Наима замолчала. Давлат посмотрел на нее, чуть прищурив глаза.

— Сарнай станет замечательной заменой Малаху! — сообщила ведьма, а про себя подумала о том, что Давлат, сам того не подозревая, пробудил кровь Великого Змея.

«Исхан — последний из древнего рода!» — поняла она. Когда-то давно, Наима слышала истории о страшном клане магов. Клане, который канул в «лету». Создавая Малаха, мудрец пробудил в крови последнего из змеев, магию и теперь, благодаря этому, можно было создать армию ползучих тварей. Только пока Наима не спешила делиться своими подозрениями с Давлатом. Зато все яснее становилось видение, в котором за престол сражались две змеи.

«Сарнай и Майрам! — осенило женщину. — Сарнай обратила я, использовав кровь Исхана, а Майрам.!» — она едва не рассмеялась, наконец, поняв, как именно удалось выжить второй жене.

«Что ж, — подумала ведьма, — все же, от судьбы не уйти. Что предсказано — сбудется!».

Она покосилась на Давлата, который смотрел на нее слишком пристально и хмурил густые брови, словно вопрошая: «Что ты задумала, женщина? Мне не нравится выражение твоего лица!».

— Все будет хорошо, повелитель! — поспешила откланяться Наима. — Позвольте мне отдохнуть!

— Позволю! — милостиво ответил Давлат. — Только сперва ответь на один мой вопрос.

— Задавайте, повелитель! — она снова поклонилась, ожидая подвоха.

— Каким образом ты собираешься забрать амулет у Сарнай? — спросил мужчина. — Ее нельзя убить, чтобы завладеть им, нельзя забрать силой, так как же ты вернешь свободу?

Наима подняла голову и посмотрела в глаза мудреца, понимая, что не так уж мудр этот старик, как делает вид.

— Когда Сарнай превратится в нового Малаха, она перестанет быть собой и тогда ее власть над амулетом исчезнет, — ответила она.

— Если это так, то почему тогда принц Шаккар сумел вернуть свою память? — последовал очередной вопрос. — Не ты ли сама предупреждала меня, что это произошло благодаря Майрам. Вдруг подобное случится и с Сарнай?

Наима едва не рассмеялась в лицо Давлату. Ей стоило огромных усилий сдержать веселье и ответить спокойно:

— Как я уже говорила вам, мой повелитель, принцессу Майрам и принца Шаккара связывает нечто большее, чем просто узы брака.