По их стройным ногам, дорогим, прекрасно стачанным кожаным сапогам и причудливо изукрашенным кожаным доспехам чародейка поняла, что перед ней эльфы, даже не видя лиц.

Она уже почти собралась задвинуть окошко, когда один из них медленно сказал на всеобщем:

— Если ты Йенна, дочь Юстариуса, Главы Конклава Магов, то мы не ошиблись.

— Допустим, я — Йенна,— надменно отозвалась чародейка, хотя теперь ее снедало любопытство. — Что вы от меня хотите? Если у вас есть магические предметы на продажу, — добавила она машинально, — пожалуйста, заходите утром.

Посетители переглянулись. Йенна видела, как мерцают миндалевидные глаза в тени капюшонов.

— Нам нужно поговорить с тобой,— промолвил один.

— Тогда говори, — сказала чародейка.

— С глазу на глаз, — добавил другой. Йенна пожала плечами:

— В это время улица пустынна. Я не хочу показаться невежливой, но владельцам лавок Трех Лун приходится заботиться о тех, кого они впускают. Это больше для вашей безопасности, чем для моей.

— Наше дело слишком серьезно, чтобы обсуждать его на улице. Поверь, госпожа, мне это нравится ничуть не больше, чем тебе. Даем слово, что ни к чему не притронемся!

— Вас послал мой отец? — решила поиграть с ними Йенна.

Если бы это было так, он бы непременно сначала предупредил ее. Но со времени их последней ссоры уже много месяцев она не слышала от него ни слова. Отец очень не одобрял ее возлюбленного.

— Нет, госпожа, — отозвался эльф, — мы пришли сами.

«Удивительно», — подумала Йенна.

Один из эльфов был из Квалинести, другой — из Сильванести, как она определила по разнице в их акцентах, возможно, никто другой в Соламнии не смог бы этого сделать. Но Йенна проводила много времени с эльфами, вернее, с одним эльфом.

Давным-давно эльфы были единой расой. Жестокие войны разделили их на два народа — Квалинести и Сильванести, — не питавших друг к другу никакой привязанности. Даже сейчас, когда Война Копья сблизила все остальные расы Ансалона, оба эльфийских народа, формально соединившись, на деле отдалились еще больше.

Подстрекаемая любопытством, Йенна отперла дверь и, отступив назад, впустила посетителей. Она ничуть не была испугана. Ведь это были эльфы — существа сдержанные, открытые и законопослушные до скрежета зубовного. К тому же на ее языке вертелось заклинание, которое мгновенно вышвырнет непрошеных гостей обратно на улицу, попытайся они сделать что-нибудь не то.

Оба эльфа остановились в самом центре лавки, плотно прижав к бокам руки, чтобы, не дай Боги, даже не дотронуться до витрин. Стоя рядом, они вместе с тем избегали малейшего прикосновения друг к другу. «Союзники, ставшие таковыми не по своей воле», — подумалось Йенне. Ей уже было нестерпимо любопытно.

— Уверяю вас, господа, в моих комнатах наверху беседовать будет гораздо удобнее, — сказала она с озорной улыбкой. — Я как раз собиралась заварить чай. Не согласитесь ли присоединиться?

Сильванестиец закрыл рот и нос платком, квалинестиец, пытаясь отвернуться, остался буквально с глазу на глаз с бутылью, в которой плавали глазные яблоки, и, отшатнувшись, зажмурился.

Йенна приглашающим жестом указала на лестницу.

— Мое жилье покажется вам достаточно удобным. И вполне обычным. Лаборатория находится внизу, в подвале, — добавила она для вящей убедительности.

Эльфы опять переглянулись, натянуто кивнули и начали подниматься вслед за хозяйкой. Увидев, что маленькая гостиная Йенны ничем не отличается от других гостиных — стол, стулья и мягкие кушетки, гости вздохнули с облегчением. Чародейка раздула огонь и заварила чай из смеси сухих листьев, привезенной из Квалинести.