— Как ты, Ткач? — первое, что спросил Лео.

— Лучше, — ответил кощей. И тут же добавил, подняв голову. — Он мертв. Князь мертв, мы все почувствовали. Значит, получилось.

— Все получилось, — ответил Лео, чуть подергивая ногой. Новообретенная сила не могла удержаться внутри. И просто сидеть не было никакой возможности. — Как мы и планировали. Вредитель тоже мертв.

— Я вижу, — скользнул взглядом по нему Марат, от которого не укрылись новые рубцы. — И что теперь?

— Расход, как мы и договаривались, — ответил Лео. — Лично я увижусь с Матвеем и уберусь на какое-то время из города.

— Нет, наше место сейчас именно здесь, — отозвался Ткач. — Теперь от нас зависит многое. Причем, надо торопиться. Промедление подобно смерти.

Сын не обратил на слова отца никакого внимания. Он серьезно посмотрел на Лео.

— Матвей жив?

Впервые за последнее время Лео чуть нахмурился. Если бы здесь был тот, кто знал его, то понял, что рубежник улыбается.

— Если все прошло, как он задумал, то сирин оплакала своего возлюбленного. Думаю, ему досталось, но он выберется. Да и разве такой рубежник может так глупо умереть?

— Именно Матвей только так и может умереть, — со вздохом ответил Марат.

Глава 6

Вначале было не слово. Вначале была мелодия. Страшная, напоминающая о гуле винтов вертолета, витающих в воздухе парах бензина, влажных далеких землях. Так, стоять, какой еще Вьетнам? Какой запах напалма по утрам?

Я с трудом поднял веки и обнаружил себя не летящим на карательную миссию, а лежащим на многострадальном диване в гостиной петербургской квартиры. Рядом, на кресле, сидел Лео, помахивающий пальцем в такт Вагнеровскому «Полету Валькирий», доносившемуся из переносной колонки. Тоже мне дирижер.

Дракон, надо сказать, изменился. Два рубца всегда накладывают серьезный отпечаток — его взгляд стал увереннее, осанка, даже в текущем положении, прямее. Это можно было сравнить с чужими детьми, которые быстро растут. Ты не видел их совсем недолго, скажем, месяц или два. А при встрече сразу отмечаешь, как они вымахали. Надеюсь, месяца не прошло?

Я попытался встать и тут же обнаружил, что ноги отказываются слушаться. Вернее, сигнал от мозга точно прошел, но конечности лишь вяло шевельнулись. Ну вот, мне еще двадцати шести нет, а тело уже стало подводить. Что дальше, импотенция в тридцатник?

— Очнулся! — заорал Лео.

Реально заорал. Я его таким эмоциональным в жизни не видел. Вот что парочка дополнительных рубцов делает. От неожиданности я сам чуть не крикнул.

На шум сбежались все домашние — Гриша, Митя, Алена. Сразу началась какая-то суета. Приспешница почему-то пыталась меня усадить, словно вертикальное положение давало дополнительные силы, Гриша бегал туда-сюда с бутылкой, а Митя то краснел, то бледнел. Хотя в его случае правильно будет сказать чернел.

— Ты как, Матвей, нормально? Давай, поднимайся! — подталкивала меня Алена.

— Алена Николаевна, бога побойся, — вставил свои пять копеек бес. — Дай ему хоть в себя прийти.

— Три недели в себя приходил. А меня обещал сразу после лабиринта на Изнанку отправить.

— В смысле три недели?

Я хотел было подскочить, но тело вновь напомнило о себе. Мол, тебе все шутки, что ли? Сказано, что сегодня шаббат, значит, не работаем.

Зато не подвел экзоскелет модели «Дракон-2» русско-шведского производства. Лео подхватил меня как пушинку и поднес к окну, косплея момент из «Короля Льва».