– Ну, смотри… телепат ты наш. Выдвигаемся.

Уже поднимаясь по лестнице, Коржавин подумал, как забавно со стороны смотрится их отряд – запорожец Бойко, джигит Султангиреев, амазонка Ольга и закованный в пластиковую броню он сам, полковник Коржавин. И еще Иленев в плаще и широкополой шляпе, похожий на гриб-поганку. Только с клюкой, как у бабы-Яги. Эх, дома бы так пройтись – лютые вороги на землю так гроздьями и попадают. От смеха. Зато гном-оружейник был доволен. Светился весь, говорил, что мы выбрали идеальное оружие и теперь можем семимильными шагами идти к победе добра и света над, соответственно, злом и тьмой.

– Командир! – Султангиреев показал рукой в сторону дверного проема, расположенного по правую сторону от главного входа. Там в луже крови лежал, вытянув ноги, мертвый кентавр.

Коржавин подошел и осмотрел тело. Над причиной смерти гадать не пришлось – страшный удар по спине практически разрубил существо пополам. Лежит аккуратненько тук на проходе. Куда, кстати, проход? Судя по всему, какое-то техническое помещение, внутри довольно темно и запах… неприятный запах, тяжелый.

– Ничего себе, – присвистнул Бойко, – это ж сколько силы надо, чтобы так, одним ударом.

– Да, – согласился полковник, – здесь бродил кто-то очень непростой.

Похоже, кентавр пытался выбежать из дворца, а убийца настиг его сзади. Коржавин взвесил в руках меч. Экскалибур, конечно, вещь серьезная, но чтобы вот так ударить… Нужно что-то побольше и потяжелее. Раз так в пять. И если кто-то может легко размахивать такой игрушкой, то с ним очень не хотелось бы выяснять отношения в фехтовальном поединке.

Полковник кивнул Султангирееву. Тот осторожно, стараясь не наступать в кровь, обошел тело кентавра и заглянул внутрь.

– Командир! Тут еще… три, нет четыре трупа.

– Принял. Проходим дальше, потом будем разбираться.

Коржавин, держа наготове меч, первым приблизился к главному входу.

Вот это да!

– Вот это да! – произнес подошедший Бойко, демонстрируя несомненные способности к телепатии.

Внутреннее пространство дворца было не просто большим. Его размеры наводили на мысль о нереальности сооружения. Гигантский зал с искусно выполненными мраморными деревьями-колоннами, поддерживающими своими ветвями высокие своды, был настоящим гимном соединения человеческого гения и природной красоты. Полупрозрачный потолок, изготовленный, по-видимому, из тонких слюдяных пластинок, рассеивал прямые солнечные лучи и создавал удивительно ровное и мягкое освещение. А у противоположной стены стояла огромная статуя женщины. Если это изваяние Немезиды, то богиня поистине прекрасна.

– Иленев, что-нибудь чувствуешь? – спросил Коржавин. Он рассудил, что не стоит пренебрегать способностями новоиспеченного мага.

Тот отрицательно покачал головой.

– Никого разумного, только… – он замялся.

– Что – только?

– Трудно объяснить. Какое-то движение… совершенно непонятное, это… не разумное существо, но и не животное.

– Далеко? В зале?

– Не могу точно разобраться. Должно быть, рядом.

Вот так. Где-то рядышком бродит нечто полуразумное, и не исключено, что именно оно развалило кентавра одним ударом почти пополам. Стало быть, на дружескую встречу рассчитывать не приходится. И какие варианты? Найти это чудо и сразиться с ним аки Святой Георгмй со змием? А зачем? Это чужие разборки, и не факт, что надо в них влезать. И потом, исход схватки с существом, запросто уложившим пятерых кентавров, совершенно непредсказуем. Говоря честно, вся надежда на меткость Ольги.

С другой стороны, какие есть альтернативы? Отступить в лес, и даже, возможно, вернуться к Артемиде.