Коржавин подскочил сзади и с оттяжкой рубанул по голени великана. С тем же успехом можно рубить бетонные блоки – меч со звоном отскочил, едва не вылетев из рук. Гигант с неожиданной для его размеров скоростью развернулся и пнул полковника ногой – по-футбольному, словно мяч. Тот успел среагировать, и удар пришелся вскользь, но ощущение было такое, что его задела несущаяся на полной скорости машина. Пластиковая кираса хрустнула, но выдержала, а сам полковник покатился по каменным плитам.

Бойко рванулся вперед, но едва успел уйти от взмаха страшного тесака. Султангиреев извернулся и в глубоком выпаде нанес укол в левое запястье, но лезвие скользнула по каменно-твердой коже, не оставив даже легкой царапины.

Несмотря на сильнейший удар, Коржавин не потерял сознания и не выпустил из рук оружия. Похоже, сломаны несколько ребер, но это не важно. Боль придет потом, после боя, а сейчас для него существовал только бой. Ни страха, ни ярости, только холодно-бесстрастное наблюдение и анализ происходящего.

Полковник стоял на одном колене, опустив голову и закрыв глаза. Мастер боя, каким был Коржавин, во время поединка полностью доверяются рефлексам, тело должно действовать быстрее разума, иначе… Иначе – смерть. Но сейчас… Состояние, в которое сознание провалилось после полученного удара, было новым и необычным. Он чувствовал себя единым целым со ставшим невесомым мечом, словно тот был живым продолжением руки, а через ладонь, сжимающую рукоять, в такт ударам сердца втекало тепло, словно меч подключился к кровеносной системе.

Коржавин открыл глаза и резко встал. И почувствовал, что воздух стал тягучим, как вода. Монстр застыл на месте, напоминая высеченное из камня творение безумного скульптора. Вокруг него замерли спецназовцы, в своей неподвижности похожие на восковые куклы. Фонтанчик мраморной крошки висел в воздухе, демонстративно нарушая законы гравитации.

Тишина звенела в ушах, усиливая ощущение нереальности. Коржавин, преодолевая сопротивление густого, как кисель воздуха, подошел к великану. Похоже, скорость его движений возросла невероятно. Интересно, каким образом мышцы выдерживают нагрузку? Хотя… кто знает, чего можно ожидать от мира, рожденного фантазией Иленева. А если сейчас ударить мечом великана, то скорость удара будет просто запредельной, и… Но провести этот занимательный опыт провести не удалось – наваждение внезапно закончилось, и реальный мир обрушился на Коржавина какофонией звуков и хлестким ударом в лицо заряда каменной крошки. Переход в реальность едва не стоил ему жизни – великан, увидев возникшего прямо перед ним человека, взмахнул тесаком. Выручил Иленев – малиновый шар с яркой вспышкой врезался в голову монстра. Похоже, начинающий маг набирал силы – особого ущерба его атака не нанесла, но секундное замешательство позволило Коржавину отскочить на безопасное расстояние.

Зато в смертельной опасности оказался сам Иленев. Одним прыжком монстр преодолел добрый десяток метров и обрушил на голову психотехника чудовищный по силе удар. Тот, защищаясь, вскинул над головой руки, и темный клинок столкнулся, рассыпая искры, с окружившим мага переливающимся радужным пузырем.

Иленев рухнул как подкошенный. Султангиреев, Бойко и Коржавин рванулись к нему, но великан широким взмахом тесака заставил их отступить. Следующий удар должен был стать последним для мага – радужная защита истаяла, и он был абсолютно беззащитен…

Крик ярости и гнева опрокинул спецназовцев на землю и, словно порыв ураганного ветра, протащил по мраморным плитам. Великан с поднятым тесаком на мгновение замер и повернулся к входу. В освещенном ярким солнцем прямоугольнике входного портала стояла женщина.