|
Общее возбуждение передалось им, они поняли, что где-то рядом их ждет любимое, ставшее теперь таким доступным лакомство -- живая, свежая, влажная, трепещущая человеческая плоть. Мужчина резко поднялся на колени, придавив ее ноги, не давая ей возможности двинуться с места, и начал неистово рвать свою одежду. Она слышала, как трещит ткань и летят пуговицы. Одним движением он сбросил с себя трусы и брюки. Он был возбужден до предела. Полная темнота не мешала ему, мысленно он видел распростертую перед ним обнаженную девушку, и каждое прикосновение убеждало его в том, что это действительно так. Шэрон закрыла глаза, словно стараясь таким образом оградиться от того, что происходило. Она слизывала языком кровь, которая текла по ее лицу, и вдруг почувствовала дуновение ветра, от которого зашевелились ее волосы. "Откуда это?" -- отстраненно подумала она, но все мысли заглушало его почти животное хрюканье и безобразное сопение. Почувствовав прикосновение его теплого влажного члена к своему животу, Шэрон застонала. Ее тошнило от омерзительного дыхания. Она оцарапала щеку о его отвратительную щетину и в последней отчаянной мольбе прошептала: -- Пожалуйста, не надо... Она была почти в беспамятстве, и только где-то в отдаленном уголке ее мозга, где еще билось сознание, на какой-то миг возникла странная, парадоксальная мысль: что, собственно, ее так напугало, какое это имеет значение после всего, что случилось, -- погибли сотни, тысячи, а может быть, миллионы людей. Почему ее жизнь и ее тело должны уцелеть? Тем не менее ответ на этот вопрос был для нее совершенно очевидным -- потому что это ее тело! Они могут погубить весь этот проклятый мир, но ее тело принадлежит ей. Оно священно! Когда его член проник в нее, Шэрон с какой-то неожиданной силой схватила мужчину за волосы и стала царапать ногтями его лицо. Она подавила тошнотворный спазм, когда обломанный ноготь указательного пальца, пробив какую-то твердую оболочку, погрузился во что-то мягкое, податливое, липкое. Он отпрянул от нее и завыл от боли. Девушка поспешно отдернула руку, а мужчина почувствовал, как его превратившийся в бесформенную массу глаз вывалился из глазницы. Глаз болтался у него на щеке, поддерживаемый тонкими нитями мышц. Он хотел рукой подхватить его, попытаться что-то сделать... Но крыса опередила его. Ее острые зубы легко перегрызли мышцы, и глаз мгновенно исчез за быстро сомкнувшимися челюстями. После этого она жадно воткнула свою острую морду в пустую глазницу, алчно упиваясь его кровью. Шэрон думала, что дикие крики мужчины вызваны болью, которую она ему причинила. "Кажется, я выдавила ему глаз", -- с ужасом подумала она, но все равно, кроме ненависти, это животное не вызывало в ней никаких чувств. Она изо всех сил пнула его ногой, не подозревая, что бьет другое тело, извивающееся возле нее. |
