Семья… это слово отозвалось болью в груди, ведь одного из нас теперь нет. И всё же, глядя на них, я радовался. Мне было стыдно признаться, но я страстно желал вернуться сюда, в уютный дом, где прожил столько лет, где меня приютили и любили, как родного, но…

— Тсукико, — первым заговорил Джиро, чуть выйдя вперёд. — Ты заставляешь себя ждать.

— Прошу прощения, Ито-сама, — я спустился наземь и низко поклонился им. — Неотложное дело, не мог оставить как есть.

— Знаю, знаю, — мягко улыбнулся старик. — Снова бандиты. Нам уже доложили. Надеюсь, твои питомцы довольны подарком?

— Вполне, — я не стал рассказывать, что джёрё мне не питомцы, а такие же жители. Не то время, чтобы об этом говорить. — Кабэ доложил, что у вас ко мне срочное дело?

— А разве внук не может приехать к своему деду просто так? — усмехнулся Джиро, отчего я немного сконфузился. — Но да, ты прав. У нас есть новости, которые так же не терпят отлагательств. Акайо?

Старик кивнул сыну, стоявшему рядом, и тот направился ко мне, расправив широкие плечи. Я напрягся, но постарался сохранить спокойствие. Ван остановился в шаге, а далее последовал короткий удар, от которого я не захотел уклоняться. Акайо наотмашь ударил меня по лицу, но оплеуха была настолько слабой, что походила больше на урок, чем на серьёзную угрозу.

— Ты посмел бросить семью, когда она в тебе нуждалась, — заговорил он суровым голосом. — Вряд ли бы Эми гордилась таким поступком.

Я промолчал, хотя в груди всё закипало. Не хватало ещё взорваться прямо здесь во дворе при всех посторонних и на глазах у сестёр. А те стояли за спиной матери и с печалью смотрели на меня. Что они сейчас чувствуют? Боль? Обиду? Или переживают за меня?

Однако в следующее мгновение Акайо схватил меня и прижал к себе, будто родного сына.

— Никогда так не делай, Тсукико, — пробасил он и тут же отпустил, словно стыдясь своих чувств. — Мы семья, помни об этом.

Меня застали врасплох. Я не знал, что сказать. Всё изменилось за долю секунды. Казалось, что вот Акайо готов разорвать меня на части, а потом просит не уходить от них. Что вообще здесь происходит?

И пока я стоял в нерешительности, ко мне подскочили сестрёнки, на лицах которых сияли улыбки.

— Тсукико-кун, — Ай схватила за левую руку, а Теруко за правую. — Мы так скучали по тебе! Почему не приезжал? Правда, злишься на нас?

— Не на нас, а на себя, — её сестра прижалась ко мне, чего раньше за ней не наблюдалось. — Он же дурачок, забыла, что ли?

— Девочки! — шикнула на них пухлая Шинджу.

Женщина приблизилась к нам со светящимся от счастья лицом. Мне так и хотелось назвать её мамой, но язык не поворачивался. Всё же она являлась для меня эталоном семьи, и мне жутко хотелось проснуться и нащупать на голове кошачьи уши. Оказаться не приёмным, а их родным сыном, ведь тогда…

— Иди ко мне Тсукико, — женщина обхватила меня за плечи и слегка прижала к себе.

Странно, раньше её объятия были настолько крепкими, что я чуть ли не задыхался, а сейчас… ну хоть кто-то помнит то, что я совершил.

— Тсукико, — вновь заговорил Джиро, — нам предстоит о многом поговорить. Но это после, а сейчас пройдём с нами. Сегодня замечательный день, и ничто его не омрачит, даже твоё унылое лицо.

— Да! — подхватила малышка Ай, радостно запрыгала рядом и потащила к поместью. — Сегодня у нас праздник! Будем…

— Что?! — у меня невольно вырвался крик, но бороться с собой уже не было сил.