— С Полуяновым беседовали?

— Нет пока, Николай Трофимович, — тихо и по возможности проникновенно ответил Мелешко.

— Почему?

— Ну… — Мелешко углубился в густые недра солянки, состоявшие из сосисочных кружочков, ветчинных квадратиков и хорошо проваренных соленых огурчиков…

— Майор, ты оглох? — внезапно вспылил Барсук. Видимо, разозлился, обнаружив недостачу маслинок.

— Прошу простить, товарищ полковник, — отчеканил Мелешко, — но я решил пока негласным образом пронаблюдать за подозреваемым.

— Что сие значит? — ледяным тоном поинтересовался полковник. — Где рапорт руководству о разрешении мероприятия? Где бумага в прокуратуру? Почему я впервые об этом слышу?

— Вы против, Николай Трофимович? — серьезно спросил Андрей. — Если вы против, я немедленно прикажу прекратить наблюдение.

— Андрюша! — Барсуков посмотрел на Мелешко строгим и одновременно печальным взглядом. — Я против нарушений закона при исполнении наших обязанностей. Да и… господи! — вообще всегда!

— Николай Трофимович, — Андрей опустил голову, — считайте, что мы ничего не нарушали. Никто ни за кем не наблюдает, а если кто-то и наблюдает, то это не мы…

— Все ясно, — ворчливо выдохнул полковник, неожиданно прозрев истину. — Приятели встречаются в шесть часов вечера после гульбы. Впрочем, слово «после» здесь неуместно… Гульба всегда, гульба везде, гульба и ничего иного, гульба — и никаких гвоздей! Вот лозунг твой и — Пирогова!

Мелешко выронил ложку.

— Николай Трофимович, да вы же — поэт! — вскричал он на всю столовую.

Архивариус управления, сидевший у окна, подпрыгнул и смахнул со стола подставку для салфеток, отчего смутился и скукожился, затаив на майора бессильную платоническую злобу.

— С вами не только поэтом, с вами автором сериалов станешь! — проворчал Барсуков. — Ну что — я прав?

— Вполне, — согласился Мелешко. — Автор сериалов из вас получится хороший. Потому что вы профессионально разбираетесь в теме.

— Не придуривайся, — разозлился полковник. — Я прав в том, что вы, товарищ майор, привлекли к оперативно-следственным мероприятиям по делу об убийстве гражданина Костенко директора частного сыскного агентства «Гоголь» Пирогова Игоря Петровича? Или он сам предложил свои услуги, добровольно?

— Та ни… — когда шеф злился, Андрей любил прикинуться украинским деревенским простачком и погутарить на малороссийской мове, поскольку, во-первых, род Мелешко действительно корнями уходил в Малороссию, а во-вторых, внешность у Андрея была самая что ни на есть хохляцкая. Чтобы еще больше походить на своих предков, он и усы себе отращивал, как у «Козаков» из знаменитого мультфильма. «Козак Андрийка» скорее рассмешит полковника, полагал он, нежели отличник-выпускник университета Андрей Евгеньевич Мелешко. — Усе само собой вышло…

— Хорошо бы, если бы в нашем деле все само собой выходило, — усмехнулся Барсуков. — Но вот у меня, например, как-то не получается — само собой… Может быть, научишь, чего делать, чтобы получалось?

Андрей развел руками.